Ссылки для упрощенного доступа

"Наши люди боятся собственной родословной"


"Сталин - наш рулевой". Плакат 1930-х годов

В начале августа Юрий Мартыненко, руководитель поискового отряда "Земляки", и семеро его "бойцов" – школьников из Первомайского и Асиновского районов Томской области отправились в Карелию для проведения ежегодных раскопок на полях сражений Советско-финской и Великой Отечественной войны. Перед отъездом Юрий Анатольевич зашел в районный военкомат и оставил там конверт с деньгами, в котором лежало 75 тысяч рублей. Эти деньги –​ грант от Департамента по молодежной политике Томской области на возведение памятника сибирякам – участникам Первой мировой еще в начале года выиграл сын Юрия, восьмиклассник Владимир Мартыненко, одержавший победу в конкурсе молодежных социальных проектов.

​ – Нам с сыном удалось собрать сведения о двухстах жителях района, ушедших на фронт с 1914 по 1918 годы, – рассказывает Юрий Мартыненко. – Надеюсь, что это число будет расти. Мы работаем в архивах Томска и села Первомайского, общаемся с местным населением, записываем воспоминания. Свой проект мы назвали "Пусть безвестные станут известными!" Его воплощением станет установка в нашем селе памятного знака. Я оставил деньги нашему военкому, помогающему в этом деле, чтобы он в мое отсутствие оплатил расчистку территории, где должна будет установлена стела. Мы с ребятами уезжаем в Карелию на целый месяц, и я не хочу, чтобы мое отсутствие еще больше тормозило реализацию проекта, которая и так уже затянулась.

Юрий Мартыненко.
Юрий Мартыненко.

–​ А в чем проблема с реализацией? Грантовые деньги вы получили. Проект одобрен в Томске.

– Видимо, у районной администрации есть занятия поважнее. Мы с начала года, как получили грант, просим их расчистить площадку для установки стелы, но дело все никак не сдвинется с мертвой точки.

Юрий, похоже, надеется, что военком окажется более эффективным переговорщиком с местными властями и сумеет изменить ситуацию.

–​ Почему для вас так важна установка этой стелы?

У нас памятники устанавливают кому и чему угодно... При этом нет ни одного памятника героям Первой мировой войны

– Знаете, у нас памятники устанавливают кому и чему угодно. В Томске, например, больше восьмидесяти разных монументов: Любовнику, домашним тапочкам, Лягушке-путешественнице и так далее. При этом нет ни одного памятника героям Первой Мировой войны. Почему? Эти люди "забыты", из-за того что многие из них воевали на стороне "белых" в Гражданскую войну, то есть были врагами советской власти, а значит, не могли считаться героями. Немало ветеранов Первой мировой было репрессировано и расстреляно в тридцатые годы.

На всю Томскую область есть только один памятник участнику той войны – Марии Бочкаревой, которая создала знаменитый женский "батальон смерти". Он установлен на ее родине, в селе Ново-Кусково Асиновского района. Больше ничего нет. Может быть, нам удастся это исправить и "оживить" память о миллионах погибших.

–​ Когда и почему у вас появился интерес к судьбам участников

именно Первой мировой войны?

– Несколько лет назад мы с сыном восстановили боевую биографию нашего прапрадеда Ивана Алексеевича Лаптева, награжденного георгиевскими крестами IV и III степени. Узнали, что домой он вернулся сильно израненный, однако все равно смог прожить долгую и интересную жизнь. Несколько раз переезжал в разные регионы, жил даже на Сахалине, учил детей в школе, занимался пчеловодством…Другой мой прадед, Семен Прядко, тоже был участником Первой мировой. В нашем семейном архиве сохранилось его фото. Раскрывая биографию предков, мы захотели узнать и про других героев...

Где и как собираете информацию?

– Работаем в архивах, ищем в интернете. А вот жители села, к сожалению,

Семен Прядко, участник Первой мировой войны, прадед Юрия Мартыненко
Семен Прядко, участник Первой мировой войны, прадед Юрия Мартыненко

​ много рассказать не могут. И даже старожилы не помнят или не знают о своих дедах и прадедах. Долгие годы все замалчивалось, скрывалось, героями Первой мировой в Советском Союзе вообще мало кто гордился. По сути, интерес к своим родословным у людей начал проявляться только сейчас. Благодаря социальным сетям, а также созданной нами группе "ВКонтакте!, к проекту "Пусть безвестные станут известны!" присоединяются не только жители России, но и граждане США, Германии, Белоруссии, Великобритании, Таиланда. Мы насчитали более двух десятков стран, из которых заходят интернет-пользователи.

–​ Они помогают в поисках?

– Да, но пока, к сожалению, только россияне! Например, историк-любитель из Омска Дмитрий Трактиров рассказал, что в городе Ялуторовске Тюменской области чудом сохранилась картотека "Бюро учета потерь на фронтах Первой мировой войны 1914–1918 годах", где собрано почти восемь миллионов карточек на военнослужащих. В них указаны фамилия, имя, отчество человека, возраст, вероисповедание, а главное – сведения, в каких сражениях человек участвовал, какие ранения получал, где лечился, попадал ли в плен, пропал ли без вести, погиб ли. Эти данные сотрудники Российского государственного военно-исторического архива до сих пор оцифровывают и выкладывают на сайт. Это гигантская работа. Бумажные документы занимают 7701 деревянный ящик, мы ради интереса посчитали, что длина этого архива составляет 1 километр 120 метров!

–​ Проект по героям Первой мировой – не единственный, которым вы занимались. В 2008 году вы получили Премию международного конкурса "Поддержка молодых российских исследователей" (проводимого совместно Фондом имени Генриха Бёлля (Берлин), Международным обществом "Мемориал") за установку в вашем родном селе Камня скорби.

Памятник жертвам политических репрессий, село Первомайское
Памятник жертвам политических репрессий, село Первомайское

– Да, этот памятник мы посвятили нашим землякам – жертвам политических репрессий 1930–1950-х годов. Проект памятника разрабатывали восьмиклассники Первомайской школы, а сам камень был установлен 15 сентября 2006 года недалеко от православного Свято-Троицкого храма. Это не случайно, ведь среди репрессированных и расстрелянных было много священников и членов их семей. Мой сын исследовал биографию одного священника, Никиты Казакова, убитого за веру в 1929 году. Его работа называется "Вера превыше жизни: жизнь и гибель священника Михайло-Архангельской церкви села Туендат Никиты Акимовича Казакова и судьба его семьи".

Владимир Мартыненко. Центр документации новейшей истории Томской области. 2017 г.
Владимир Мартыненко. Центр документации новейшей истории Томской области. 2017 г.

Вы наверняка помогали сыну в "расследовании" этого преступления?

– Конечно. Впервые я услышал рассказ про Никиту Казакова в 1999 году, когда вернулся в родное село после окончания Томского университета. Одна из старейших местных жительниц вспоминала, что в 20-е годы жил в их селе священник, которого убили за отказ отречься от веры. Ни его имени, ни других данных бабушка уже не помнила. Однако я заинтересовался и начал искать. Позже к моей работе присоединился сын. В Центре документации новейшей истории Томской области мы нашли уникальные архивные документы, по которым восстановили ход событий.

Дело о гибели священника Никиты Казакова. 1929 г.
Дело о гибели священника Никиты Казакова. 1929 г.

​14 июня 1929 года священник Никита Казаков был вызван в село Туендат к уполномоченному ОГПУ Зачулымского района Фомину. 17 июня 1929 года в 15 часов дня Казаков вместе с Фоминым и инспектором социалистического воспитания Михаилом Бурматовым сели в лодку на речке Куендат. Фомин и Бурматов вернулись в село через час, но уже без священника. 26 июня крестьянин Алексей Скрябин нашел в старице реки Чулым труп мужчины. После его осмотра начальник Зачулымского Районного административного отдела Аузин определил, что это священник Никита Акимович Казаков. Опросив свидетелей, Аузин пришел к заключению, что убийство могли совершить Фомин и Бурматов, но исходя из того, что уполномоченный ОГПУ по Зачулымскому району Фомин "из Зачулымского района выбыл неизвестно куда, а Бурматов находится в служебной командировке в Томске", постановил дело в отношении подозреваемых в убийстве не возбуждать, а собранные материалы передать народному следователю 5-го участка Томского округа, копию – в Томское окружное отделение ГПУ. Судя по всему, на этом следствие и закончилось.

–​ Как именно власти требовали от священника отречься от Бога?

– По воспоминаниям старожилов, работники ОГПУ заставляли его прилюдно во время божественной литургии объявить прихожанам, что Бога нет. Однако Никита Казаков этого не сделал. Он сам как служитель религиозного культа, а затем и его жена Марфа были лишены избирательных прав. Она подавала заявление о восстановлении в правах, но ей отказали. Оставшись без средств к существованию, Марфа Ивановна была вынуждена уехать с детьми на свою родину – в Горный Алтай.

На кладбище деревни Туендат благодаря местным жителям нам удалось определить точное место захоронения Никиты Казакова. 12 октября 2017 года там был поставлен крест, на котором закреплена табличка: "Памятный крест установлен в 2017 году на месте захоронения священника Михайло-Архангельской церкви села Туендат (Баюрово) Никиты Акимовича Казакова, убитого за веру в период массовых репрессий сотрудниками карательных органов советской власти 17 июня 1929 года".

Памятный крест на могиле священника Никиты Казакова. Село Туендат, Томская область.
Памятный крест на могиле священника Никиты Казакова. Село Туендат, Томская область.

–​ Жаль, что потомки священника не узнают, что память об их предке теперь бережно хранится на его бывшей Родине.

– Почему не узнают? От отца Никиты осталось пятеро внуков, 9 правнуков и 8 праправнуков. Проживают они на Алтае и в Москве. Мы встречались с одним из правнуков во время визита в столицу. И они очень благодарны нам за проделанную работу.

–​ Получается, что почти каждый год вы с сыном начинаете по новому краеведческому проекту?

– Не каждый, так как для полноценной работы над проектом требуется минимум два-три года. Однако, вы правы, работая в архивах, мы постоянно присматриваем новые направления для исследований. Сейчас, например, в разработке сразу два направления. Одно связано с чулымскими татарами, второе – с историями наших земляков, в 30-е годы лишенных избирательных прав.

– Почему вы занялись именно чулымскими татарами?

– Это огромный и очень интересный пласт истории. Если говорить о чулымских татарах, то сегодня мало кто помнит, что в XIX – начале XX веках у них на территории современной Томской области были свои волости, управы, язык, религия (шаманизм) и привычный уклад. После того как чулымцы перешли в российское подданство, их обложили данью (ясаком) и стали называть "ясашными". Однако при этом дали определенные льготы. Например, не призывали на воинскую службу. Это, в частности, объясняет, почему в годы Первой мировой из нашего района на войну отправилось так мало мужчин.

А еще чулымцы, а также проживавшие на севере района селькупы были прекрасными охотниками и рыбаками. Сохранились документальные свидетельства того, как Федор Тюделеков поймал огромного осетра, которого потом доставили к императорскому столу, за что селькуп был награжден золотыми часами с ключиком. Все стало меняться в 1910-х годах, когда чулымцев предупредили, что теперь их будут причислять к Ново-Кусковской волости, а значит, еще больше ущемлять в правах. Недовольные ясашные устроили бунт, несколько человек были арестованы… Об этом даже писали в газетах, и, возможно, именно это станет отдельной темой для исследования сына.

–​ А что вы рассчитываете найти, изучая историй людей, лишенных избирательных прав?

Я бы хотел рассказать о том, как клеймо врагов народа калечило судьбы людей

– Там интересна история каждого человека. За каждой из них стоит трагедия. На людей доносили просто так – за неосторожно сказанное слово или даже за то, чего они никогда и не говорили. Забирали все, что было нажито: молотилки, веялки, сеялки. Лишали прав. А потом многие люди, объявленные врагами народа или сосланные в Сибирь как спецпереселенцы, в 1940-х шли на войну и своим героизмом доказывали, что они не враги и не вредители. Это уже не просто тема отдельной работы, но материал для целой диссертации. Я бы хотел рассказать о том, как клеймо врагов народа калечило судьбы людей и как они пытались его стереть, даже ценой своей жизни. И о том, что многие наши люди до сих пор боятся собственной родословной, боятся, что их предки были "вредителями" или "предателями родины". Десятки лет в стране работала мощнейшая пропаганда. И ее отголоски нам слышны до сих пор.

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG