Ежемесячно Россия теряет до 150 единиц бронетехники. Как долго она сможет производить новую и расконсервировать старую?

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Чем Россия заменяет потерянную в Украине тяжелую бронетехнику? И сколько на это тратит? Объясняет эксперт по вооружению

Войну в Украине часто называют войной на истощение. Киеву боеприпасами и танками помогают западные союзники. А сколько новой тяжелой бронетехники способна выставить Россия? По оценкам проекта Оryx, ВСУ уничтожают или захватывают до 150 единиц тяжелой российской бронетехники ежемесячно. А всего с 24 февраля 2022 года, по подсчетам аналитиков, армия Путина лишилась уже почти двух тысяч танков. Причем в Oryx учитывают только те потери, которые подтверждены фото- или видеокадрами. Реальные цифры могут быть еще выше.

Чтобы не пропускать главные материалы Сибирь.Реалии, подпишитесь на наш YouTube, инстаграм и телеграм.

Текст: "Настоящее время"

Перед вторжением в Украину у Кремля была, наверное, самая большая танковая армия в мире — более трех тысяч единиц боеспособной техники. Это оценки из отчета The Military Balance, который составляет Международный институт стратегических исследований. Получается, что почти две трети этого парка Москва потеряла. Реально ли заменить их новой бронетехникой?

Владимир Путин обещает поставить на вооружение еще 1600 танков. Правда, не уточнив, как быстро это произойдет. Тут всё сразу: и новые Т-90, которые прямо с конвейера уходят на фронт, и машины с хранения, которые перед отправкой на войну должны еще пройти модернизацию. В отдельных случаях – глубокую и очень глубокую модернизацию. Дело в том, что старую бронетехнику в России никогда не держали в сухих гаражах. Ее годами и даже десятилетиями хранили под открытым небом. Чтобы после этого танк мог самостоятельно сдвинуться с места, его сначала приходится реанимировать на специальных оборонных предприятиях.

Выглядит это следующим образом. В цеху Т-72Б – а в основном именно эти танки достались России после распада Советского Союза – разбирают буквально до гайки, меняют устаревшее, сломанное или украденное оборудование, обслуживают ходовую, двигатель, и только после этого Т-72Б становится танком Т-72Б3 или Т-72Б3М. Эти дополнительные индексы означают, что бронетехника модернизирована, то есть на снятую с хранения машину установили новое современное оборудование – в первую очередь, импортные бортовые компьютеры, системы связи и французские или российско-белорусские тепловизоры марки "Сосна-У". Сейчас из-за санкций у России нет доступа к европейским технологиям.

"Проблема белорусской "Сосны-У" в том, что она тоже импортная. Из импортных компонентов состоит. Что ни делай – не получится. Под эту "Сосну" белорусскую даже модернизировали вологодский оптико-механический завод, чтобы там локально ее производить. Но это не отменяет того факта, что комплектующие шли импортные", — поясняет Павел Лузин, приглашенный научный сотрудник The Fletcher School of Law and Diplomacy.

Сейчас на трофейных и подбитых российских танках в Украине все реже видят тепловизоры "Сосна". Вместо них чаще попадаются более дешевые и старые аппараты. Восстанавливать старые Т-72 России становится все сложнее из-за дефицита комплектующих. И даже если у Минобороны получится сохранить темпы модернизации, видимо, это будет в ущерб качеству.

Сколько танков Москва может ежегодно собирать и модернизировать? Приглашенный научный сотрудник The Fletcher School of Law and Diplomacy Павел Лузин подсчитал, что на пике своей мощности Россия восстанавливала от 150 до 180 танков в год. Это практически столько же, сколько Москва ежемесячно теряет на войне в Украине. Но такие темпы восстановления были без дефицита иностранных комплектующих. А у профильной компании "Ростеха" было соглашение с французской Thales, которая делает одни из самых современных тепловизоров. Во многом именно за счет них старые советские танки становились пригодными для современных боевых действий. Во второй половине прошлого десятилетия показатели модернизации стали сокращать в пользу более новых, но тоже еще советских танков Т-80. У них более мощный, но и более сложный двигатель.

По оценке Павла Лузина, в России успевали модернизировать около сорока таких танков в год: "Также шла модернизация танков Т-90 и Т-90А в каких-то микроскопических количествах. И с нуля производили Т-90М. Их в год с нуля производили от 10 до 30 штук. Не больше. Суммарно, при напряжении сил "Уралвагонзавода" в Нижнем Тагиле и филиала в Омске, который называется "Омсктрансмаш", двести танков получаем. Ну, 220".

Это новые и модернизированные танки Т-72, Т-80 и Т-90. Показатель мирного времени. Чтобы достичь цифры в 1600 единиц, как обещал Владимир Путин, российской оборонке придется работать годами. Но у Кремля есть еще козырь в рукаве: еще одно советское наследие — танки Т-62.

За три следующих года депутат российской Госдумы Андрей Гурулев пообещал модернизировать 800 таких танков. Делать это будут на базе «103 бронетанкового ремонтного завода» в Забайкалье. Кроме него, есть "Уралвагонзавод" и "Омсктрансмаш". К ним можно добавить 71-й и 72-й автобронетанковые ремонтные заводы, запуск которых премьер-министр России Михаил Мишустин анонсировал в сентябре 2022 года, но фактически этим предприятиям еще далеко до полноценной работы.

Главное ограничение российской танковой отрасли: еще быстрее, чем из строя выходят двигатели, приходят в негодность танковые орудия. «У гаубиц две тысячи выстрелов можно сделать из пушки, может и больше, но точность падает и растет риск разрыва ствола. У танка, если только осколочно-фугасными стрелять, это 800 выстрелов. А если стрелять бронебойными подкалиберными снарядами, они сейчас там готовятся "Леопарды" встречать украинские, это 125 выстрелов. И все. После этого танковую пушку надо менять. А танковую пушку делают только на одном-единственном заводе в Екатеринбурге», — говорит Павел Лузин. Речь о "Заводе №9".

Есть ли в России деньги, чтобы строить новые танки? Журналисты The Economist писали, что война в Украине стоит Кремлю около пяти триллионов рублей в год. Это порядка $62 млрд. Если предположить, что один танк Т-90М стоит России $2,5 млн, а это одна из самых скромных оценок, 1600 машин обойдутся в $4 млрд. Возможно, в Кремле и найдут деньги, урезав расходы других статей российского бюджета. Простым языком: за счет ухудшения уровня жизни десятков миллионов россиян.