Ссылки для упрощенного доступа

"Черная ночь, душный барак…". 86 лет назад был арестован Осип Мандельштам


Осип Мандельштам

27 декабря 1938 года, 82 года назад, во Владивостоке умер Осип Мандельштам. Его арестовали в ночь на 17 мая 1934-го: именно тогда началась его ссыльная эпопея, которая завершилась в Приморье, куда он был отправлен по этапу за "контрреволюционную деятельность" в сентябре 38-го. В пункт назначения он прибыл 12 октября, а спустя два с половиной месяца его не стало. Место захоронения Мандельштама до сих пор не найдено и уже вряд ли будет обнаружено.

В июле 2019 года во Владивостоке на подпорной стене в районе остановки "Цирк" появился портрет Мандельштама с цитатой: "Будем же доказывать свою правоту так, чтобы в ответ нам содрогалась вся цепь причин и следствий от альфы до омеги". Художники, нарисовавшие граффити, участвовали в городском проекте "Культура в каждый дом", цель которого, по словам организаторов проекта, "благоустройство города и просвещение населения". С просвещением поначалу получилось не очень. Художники, нарисовавшие граффити, написали слово "содрОгалась" с буквой "а". Но потом ошибку исправили.

Граффити с портретом поэта
Граффити с портретом поэта

– Мандельштам выбран не случайно. Этот человек не только внёс вклад в культурное наследие России, но и непосредственно был в городе, – говорит автор портрета, художник Павел Ивановский.

Мандельштам был в городе не по своей воле.

2 августа 1938 года Особое совещание НКВД СССР приговорило поэта к пяти годам исправительно-трудового лагеря. 8 сентября его отправили этапом на Дальний Восток.

– По воспоминаниям всех, кто был во Владивостоке в пересыльном лагере, на шестом километре они вышли из вагона и потом шли куда-то. Все поэтому привыкли считать, что пересыльный лагерь во Владивостоке находился на шестом километре – район Второй речки. Отсюда и пошла путаница. На самом деле у нас было два лагеря во Владивостоке – один именно на Второй речке, исправительно-трудовой лагерь. Второй пересыльный лагерь был достаточно секретным. Он существовал всего до 1940 года – на нынешней улице Вострецова. Он нигде не упоминался, его называли: пересылка, спецкомендатура, спецпересылка или спецлагерь и т. д. Мандельштам как раз оказался в этой пересылке. Она была секретной, потому что по ней шло меньше бытовиков (осуждённых по бытовым статьям. – Прим. С.Р), а больше осуждённых по политическим мотивам, художники, артисты, члены Коминтерна и т.д. Через неё прошли, например, актёр Георгий Жжёнов, конструктор Сергей Королёв. В 1940 году этот лагерь передали Тихоокеанскому флоту, там был образован флотский экипаж, – говорит местный краевед и историк Александр Тушков.

Улица Вострецова
Улица Вострецова

Именно здесь, в Приморье, Мандельштам написал и отправил последнее в своей жизни письмо семье – жене и брату.

"Дорогой Шура!

Я нахожусь – Владивосток, СВИТЛ, 11 барак. Получил 5 лет за к. р. д. по решению ОСО. Из Москвы, из Бутырок этап выехал 9 сентября, приехали 12 октября. Здоровье очень слабое. Истощён до крайности. Исхудал, неузнаваем почти. Но посылать вещи, продукты и деньги не знаю, есть ли смысл. Попробуйте все-таки. Очень мерзну без вещей. Родная Надинька, не знаю, жива ли ты, голубка моя. Ты, Шура, напиши о Наде мне сейчас же. Здесь транзитный пункт. В Колыму меня не взяли. Возможна зимовка.

Родные мои, целую вас.

Ося.

Шурочка, пишу ещё. Последние дни я ходил на работу, и это подняло настроение.

Из лагеря нашего как транзитного отправляют в постоянные. Я, очевидно, попал в "отсев", и надо готовиться к зимовке.

И я прошу: пошлите мне радиограмму и деньги телеграфом".

Через два с половиной месяца после этого письма Мандельштам погиб при до сих пор неясных обстоятельствах.

"Мы живем, под собою не чуя страны"

Наши речи за десять шагов не слышны,

А где хватит на полразговорца,

Там припомнят кремлёвского горца.

Его толстые пальцы, как черви, жирны,

А слова, как пудовые гири, верны,

Тараканьи смеются усища,

И сияют его голенища.

Эти строки Осип Мандельштам написал в ноябре 1933 года.

За несколько месяцев до этого он вернулся из голодающего Крыма. Впоследствии в его деле было обнаружено агентурное донесение:

Обыск продолжался всю ночь. Искали стихи... Мы все сидели в одной комнате. Было очень тихо. За стеной, у Кирсанова, играла гавайская гитара


"На днях возвратился из Крыма О. МАНДЕЛЬШТАМ. Настроение его резко окрасилось в антисоветские тона. Он взвинчен, резок в характеристиках и оценках, явно нетерпим к чужим взглядам. Резко отгородился от соседей, даже окна держит закрытыми, со спущенными занавесками. Его очень угнетают картины голода, виденные в Крыму, а также собственные литературные неудачи: из его книги ГИХЛ собирается изъять даже старые стихи, о его последних работах молчат. Старые его огорчения (побои, травля в связи "с плагиатом") не нашли сочувствия ни в литературных кругах, ни в высоких сферах. МАНДЕЛЬШТАМ собирается вновь писать тов. СТАЛИНУ. Яснее всего его настроение видно из фразы: "Если бы я получил заграничную поездку, я пошел бы на всё, на любой голод, но остался бы там…".


Известно, что Борис Пастернак, когда Мандельштам прочел ему эти строки, сказал: "То, что вы мне прочли, не имеет никакого отношения к литературе, поэзии. Это не литературный факт, но акт самоубийства, которого я не одобряю и в котором не хочу принимать участия. Вы мне ничего не читали, я ничего не слышал и прошу вас не читать их никому другому". (Из книги "Маяковский и Шенгели: схватка длиною в жизнь").

Поэт Георгий Шенгели, услышав строки про "кремлевского горца", сказал: "Мне здесь ничего не читали, я ничего не слышал".

Тем не менее, об антисталинском стихотворении становится известно в органах. В ночь с 16 на 17 мая 1934 года Мандельштама арестовали. В это время в квартире Мандельштамов гостила Анна Ахматова, которая позже вспоминала в "Листках из дневника":

"Обыск продолжался всю ночь. Искали стихи... Мы все сидели в одной комнате. Было очень тихо. За стеной, у Кирсанова, играла гавайская гитара. Следователь при мне нашел "Волка" ("За гремучую доблесть грядущих веков…") и показал О.Э. Он молча кивнул. Прощаясь, поцеловал меня. Его увели в семь утра. Было совсем светло.
Незадолго до этого ретировался и Бродский, которого Н.М. остро подозревала в том, что неспроста он проторчал и соглядатайничал у них весь вечер".

Теперь я получаю отчаянные телеграммы от жены Мандельштама, что он психически расстроен, пытался выброситься из окна и т. д.


"Когда увели О. М., мы с Анной Андреевной [Ахматовой] все же задали себе этот самый запретный вопрос: за что? Для ареста Мандельштама было сколько угодно оснований по нашим, разумеется, правовым нормам. . Так или иначе, мы возлагали все надежды на то, что арест вызван местью за пощечину "русскому писателю" Алексею Толстому. Как бы ни оформлять такое дело, оно грозило только высылкой, а этого мы не боялись. Другое дело, если б обнаружились стихи про Сталина. Вот о чем думал О. М., когда, уходя, поцеловал на прощание Анну Андреевну. Никто не сомневался, что за эти стихи он поплатится жизнью", – вспоминала жена поэта Надежда Мандельштам.

Надежда Яковлевна Мандельштам
Надежда Яковлевна Мандельштам

Мандельштама отправили в ссылку в Чердынь в Пермский край, жене позволили сопровождать его. По версии литературоведа Павла Нерлера, автора биографических работ о Мандельштаме, Сталину донесли о написанных поэтом строках, и они ему даже понравились: как раз таким, могущественным и отчасти внушающим ужас, он и хотел выглядеть. Возможно, именно по этой причине наказание для поэта было избрано довольно мягкое.

Тем не менее, в ссылке Мандельштама настигает депрессия, и он пытается покончить с собой, после чего Надежда Яковлевна взывает о помощи ко всем знакомым, в том числе к Николаю Бухарину, который, в свою очередь, пишет об этом Сталину:

" О поэте Мандельштаме. Он был недавно арестован и выслан. До ареста он приходил со своей женой ко мне и высказывал свои опасения на сей предмет в связи с тем, что он подрался (!) с Алексеем Толстым, которому нанес "символический удар" . Теперь я получаю отчаянные телеграммы от жены Мандельштама, что он психически расстроен, пытался выброситься из окна и т. д. Моя оценка О. Мандельштама: он – первоклассный поэт, но абсолютно несовременен; он – безусловно не совсем нормален; он чувствует себя затравленным и т. д. Т. к. ко мне все время апеллируют, а я не знаю, что он и в чем он "наблудил", то я решил тебе написать и об этом. Прости за длинное письмо. P. S. О Мандельштаме пишу еще раз (на об), потому что Борис Пастернак в полном умопомрачении от ареста М и никто ничего не знает".

Сталин изображает неведение и отвечает на это: "Кто дал им право арестовать Мандельштама? Безобразие…" Известно и о том, что после письма Бухарина он звонил Борису Пастернаку, пытаясь выяснить, почему тот не хлопотал за своего коллегу и считает ли его "мастером"?

Вскоре семье Мандельштама разрешают самостоятельно выбрать место для поселения, они переезжают в Воронеж, где проводят три года в ссылке.

В мае 1937 года Мандельштамы возвращаются в Москву, а затем переезжают в Егорьевский район Московской области. В начале мая 1938 года поэта снова арестовывают и предъявляют обвинение в том, что он часто приезжал в Москву, будучи в ссылке. Этому предшествует, в частности, письмо секретаря правления Союза писателей В. Ставского наркому внутренних дел Ежову, в котором он называет Мандельштама автором "похабных клеветнических стихов и антисоветской агитации", сообщает, что тот часто бывает в Москве, друзья-литераторы "делают из него страдальца", и просит помочь решить этот вопрос об Осипе Мандельштаме.

"Антисоветские элементы из среды литераторов использовали Мандельштама в целях враждебной агитации, делая из него "страдальца", организовывали для него денежные сборы среди писателей. Мандельштам на момент ареста поддерживал тесную связь с врагом народа Стеничем, Кибальчичем до момента высылки последнего за пределы СССР и др.", – было сказано в обвинительном заключении.

Анна Ахматова и Борис Пастернак, 1946 год
Анна Ахматова и Борис Пастернак, 1946 год


О том, в каком состоянии находился Мандельштам накануне нового ареста, позже вспоминала Анна Ахматова: "В последний раз я видела Мандельштама осенью 1937 года. Они (он и Надя) приехали в Ленинград дня на два. Время было апокалипсическое. Беда ходила по пятам за всеми нами. У Мандельштамов не было денег. Жить им было уже совершенно негде. Осип плохо дышал, ловил воздух губами".

В ночь с 1 на 2 августа 1938 года Мандельштам был арестован.

"Пересыльный лагерь был своеобразным ситом и сортировочным пунктом сразу в нескольких смыслах слова. Во-первых, политических ("контриков") тут отделяли и содержали отдельно от уголовных ("урок"), что было для первых огромным, хотя и кратковременным, облегчением. Во-вторых, людей сортировали по их физическому состоянию. Более крепких и сравнительно здоровых отправляли морем на Колыму, остальные же попадали в "отсев" (часть зимовала на пересылке, а большинство – в основном инвалиды – направлялось на запад, в Мариинские лагеря недалеко от Кемерово), – пишет Павел Нерлер в своей книге "На вершок бы мне синего моря!..": Осип Мандельштам и его солагерники". – Осип Эмильевич поначалу даже огорчился, что его не взяли на Колыму. Вопреки тому, что говорили опытные люди, ему все казалось, что в стационарном лагере будет легче, чем в пересыльном. Проецируя Воронеж на Магадан, он надеялся на то, что на Колыме больше порядка и больше возможностей для него найти себе интеллигентную "службу". Там его легче найдет Эренбург или Пастернак, которым наверняка позвонит Сталин... И тогда – его отпустят!.. Но вскоре, наслушавшись историй, он осознал, что такое Колыма, и перестал туда рваться".

По некоторым сведениям, Мандельштам попал в непарный 11-й барак в зоне "политических" на северном склоне сопки Сапёрной. В бараке содержалось около 600 человек, большинство из них прибыли из Москвы и Ленинграда и шли по статье 58 (Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений. – Прим. С.Р).

Сопка Саперная
Сопка Саперная


"Прибывших встречал староста – артист одесской эстрады, чемпион-чечеточник Левка Гарбуз. Мандельштама он "он вскоре возненавидел – возможно, за отказ обменять свое кожаное пальто – и преследовал его как мог: переводил на верхние нары, потом снова вниз и т. д.", – пишет Нерлер.

По воспоминаниям других сидельцев, Мандельштам якобы боялся казенной пищи и голодал. Немало свидетельств сохранилось о том, что в первые недели ссылки поэт охотно читал солагерникам стихотворения. Солагерник Мандельштама – Дмитрий Маторин, запомнил несколько слов: "Река Яуза, берега кляузные…". Другой зэк – Меркулов – вспоминал слова: "Черная ночь, душный барак, жирные вши…" Ещё один солагерник – Буравлев – запомнил строки "Там за решеткой небо голубое, голубое, как твои глаза, здесь сумрак и гнетущая тяжесть...".

Как и другие зэки, Мандельштам работал на транзитке на каменном карьере, таскал камни. Говорят, что однажды, присев на кучу камней, он произнес: "Моя первая книга называлась "Камень", а последняя тоже будет камнем…"

Существует несколько версий смерти поэта, в том числе и самых кошмарных. Пожалуй, наиболее "гуманная" версия вот эта: скончался Мандельштам в приморском селе Черниговка, где якобы жил у какой-то старушки и был похоронен на сельском кладбище. Находились и "очевидцы", утверждавшие, что видели покосившийся крест на могиле с практически стёртой надписью "О. ...штам". Однако эти сведения так и остались неподтверждёнными.

Вдова поэта Надежда Мандельштам в своих "Воспоминаниях" пишет: "…Слух о его судьбе широко разнесся по лагерям, и десятки людей передавали мне лагерные легенды о злосчастном поэте. Не раз вызывали меня на свидание и возили к людям, которые слышали – на их языке это звучало: "я наверное знаю" – про О.М… Находились и свидетели смерти… Кое-кто сочинял новеллы о его смерти. Рассказ Шаламова – это просто мысль о том, как умер Мандельштам и что он должен был при этом чувствовать. Это дань пострадавшего поэта своему брату по искусству и судьбе (сам Шаламов писал, что рассказ "Шерри-бренди" написан "ради Мандельштама", но не о нем, а о самом себе. – С.Р). Но среди новелл есть и другие, претендующие на достоверность и украшенные массой подробностей. Одна из них рассказывает, что он умер на судне, отправляющемся на Колыму. Далее следует подробный рассказ, как его бросили в океан. К легендам относится убийство О.М. уголовниками и чтение у костра Петрарки… Это типовой поэтический стандарт. Есть и рассказы "реалистического" типа с обязательным участием шпаны: ночью постучались в барак и потребовали "поэта". Р. испугался ночных гостей – чего от него хочет шпана? Выяснилось, что гости зовут его к умирающему тоже поэту. Р. застал умирающего Мандельштама".

– Есть воспоминания одного-единственного человека, который был свидетелем смерти Мандельштама – Юрий Ларионович Моисеенко. Его письмо опубликовано в газете "Известия" 21 февраля 1991 года. И он чётко говорил, что как раз в конце ноября их начали водить на работы за лагерем. Они дробили камни для укладки площади, дороги. Мандельштам пошёл на работу, он даже писал, что настроение у него поднялось. И вот за несколько дней до Нового года – 27 декабря их повели в баню. Завели в помещение, воды там не оказалось. Они разделись, сдали все вещи в прожарку, их перевели в другое помещение, оно ещё более холодное, они были голые. Тут упали два человека. К ним подскочили "держиморды", вытащили из кармана бирки и к ногам привязали. На одном написали "Мандельштам Осип – 5/10 – 10 лет". На второй написали "Мориц". И после этого их увезли, – рассказывает Александр Тушков.

Александр Тушков
Александр Тушков

В свидетельстве о смерти Мандельштама написано "паралич сердца". Место захоронения поэта также до сих пор неизвестно, его останки не найдены.

– Есть серьёзные свидетельства о том, что летом трупы увозили в район Второй речки, где общие захоронения. Зимой же в этом спецпропускнике, где был Мандельштам, трупы сваливали в ровные каналы, которые проходили рядом с лагерем. Скорее всего, так оно и есть. Я склоняюсь к этой версии, потому что когда в 50-х годах в этом месте строили дома, молодые рабочие, когда рыли землю, находили черепа. Зимой никто трупы не возил, а скорее всего, просто сваливали, – говорит Тушков.

На месте пересыльной тюрьмы, в которой два месяца прожил Осип Мандельштам, сейчас воинская часть и жилые дома. О самом поэте, о тюрьме и о том, что он когда-то был ее узником, здесь ничто не напоминает. Но память о Мандельштаме во Владивостоке пытаются сохранить. Здесь ему поставили первый в России памятник – в год 60-летия со дня смерти, 1 октября 1998 года. Его создал приморский скульптор Валерий Ненаживин ещё в конце 1980-х, 13 лет памятник стоял в его мастерской. Сначала монумент хотели поставить на месте братской могилы, но командование Тихоокеанского военно-морского флота не дало разрешение на это. Тогда скульптуру установили в сквере на улице Ильичёва. Там памятник дважды облили белой краской и отбили нос. Ненаживин забрал его обратно в мастерскую и заново отлил в чугуне.

Памятник Мандельштаму во Владивостоке
Памятник Мандельштаму во Владивостоке

В 2003 году скульптуру поэта поставили в сквере Владивостокского государственного университета экономики и сервиса. Ежегодно у памятника проводятся чтения, посвящённые Мандельштаму. В них участвуют студенты, преподаватели и жители Владивостока...

Надежда Мандельштам о смерти мужа узнала только в 1939-м. Еще 19 января, спустя три недели после смерти поэта, она обращалась к Берии с просьбой содействовать пересмотру дела Мандельштама и выяcнить, "достаточны ли были основания для ареста и ссылки, проверить его психическое здоровье, выяснить, закономерна ли в этом смысле была ссылка, не было ли чьей-нибудь личной заинтересованности в этой ссылке, и достаточно ли было оснований у НКВД, чтобы уничтожать поэта и мастера в период его активной поэтической деятельности". Однако добиться реабилитации мужа по "повторному делу" Надежде Яковлевне удалось только в 1956 году. Реабилитация по первому делу последовала лишь в 87-м, когда ее уже семь лет не было в живых.

XS
SM
MD
LG