Ссылки для упрощенного доступа

Коронавирус срывает маски


Наталья Рудакова

За россиянами, запертыми вместе со всеми остальными в китайской провинции Хубэй, откуда пошел коронавирус, отправились самолеты ВКС – такую новость нам сообщили российские власти. А потом добавили, что эвакуированных поместят на двухнедельный карантин куда-то под Тюмень. Это, наверное, правильное решение. Только вот интересно, почему наших соотечественников, вернувшихся в конце января – начале февраля из других китайских провинций, спокойно отпустили по домам? Вирус ведь давно распространился по всему Китаю.

Сколько всего заразившихся в мире, точно не знает никто, хотя бы потому что инкубационный период, когда симптомов нет, а человек уже заразен, может длиться до двух недель. По данным ВОЗ, заболевших 17391 человек, китайцы говорят о 20 тысячах с лишним. Ясно, что истинные цифры в разы больше. В России официально подтверждены пока два случая – в Тюменской области и Забайкалье, оба – граждане Китая.

Так получилось, что я как раз собиралась сесть на итальянский корабль Costa Smeralda, когда двое из 500 китайцев, бывших на его борту, пожаловались на плохое самочувствие в разгар эпидемии коронавируса. В римском аэропорту нас застала весть о том, что более 5 тысяч человек заперты на судне, и неизвестно, что будет с ними и нашим отпуском – все зависело от результатов анализов. Об этом писали все мировые СМИ. Само собой, экипаж тоже держали в карантине. Одна из сотрудниц, гражданка Болгарии, работающая по контракту, позже рассказала мне, что в случае подтверждения диагноза корабль мог оказаться в изоляции на две недели, и она не представляла себе, как бы стала сдерживать панику тысяч пассажиров.

На выходе с корабля стояло две очереди: одна с китайцами, которым замеряли температуру, и вторая – со всеми остальными. Эти меры безопасности, честно говоря, отдавали расизмом и здравого смысла, как по мне, в них было мало

Пока мы ждали, чем обернется дело, местные власти не сидели сложа руки. Мэр одного из прибрежных городов в ультимативной форме потребовал, чтобы пассажиры не сходили на сушу, пока не будет ясности, нет ли на судне вируса. Нервозность нарастала от минуты к минуте. Перед входом на корабль поставили емкости с обеззараживающей жидкостью для дезинфекции рук, как и при входе в каждый круизный ресторан, где персонал постоянно обрабатывал все поверхности. Да, многие меры были скорее декоративно-демонстративными, но они хотя бы были!

В результате вирус у китайцев не нашли, и нас пустили на борт. Дальше было тоже интересно. В городах, где мы пришвартовывались, на выходе с корабля стояло две очереди: одна с китайцами, которым замеряли температуру, и вторая – со всеми остальными. Эти меры безопасности, честно говоря, отдавали расизмом и здравого смысла, как по мне, в них было мало: мы все с одного корабля, дышали одним воздухом и ездили в одних и тех же лифтах, вне зависимости от гражданства.

Несчастные японцы, корейцы и граждане других азиатских стран постоянно привлекали тревожное внимание окружающих. Наш гид в Генуе рассказала, что в одной из групп к ней подошли люди и протянули текст, набранный в гугл-переводчике. Там было написано: "Не бойтесь, мы японцы. С нами все в порядке. Маску мы носим, чтобы защититься". Все это производило впечатление какого-то ужасного абсурда: люди суетятся, паникуют, толком не понимая, чего им опасаться и какие меры предосторожности предпринимать. Справиться с огромным потоком нереально, но почему-то никто его и не ограничивает: ВОЗ объявила в связи с распространением вируса мировую ЧС, но не стала рекомендовать никаких ограничений на передвижения людей.

Должна сказать, что не по себе мне стало, пожалуй, не тогда, когда, прилетев в Италию, я узнала о внештатной ситуации на корабле, а еще до вылета из России. В те дни о вирусе уже много писали, в кармане у меня была маска, но, честно говоря, я не знала, зачем она мне. О том, что маски нужны специальные, а не обычные марлевые, было к тому моменту известно. Но никаких особенных масок в аптеках я не нашла, и даже самые простые тряпичные сейчас все сложнее купить в регионах и даже в Москве. В аэропорту я увидела множество китайцев, на рейсе "Аэрофлота" прямо передо мной сидел целый ряд.

Никто из персонала не замерял пассажирам температуру, не раздавал брошюры с рассказом, как обезопасить себя в разгар эпидемии. Во время завтрака у меня в наборе не оказалось даже обычной влажной салфетки. Некоторые пассажиры шарахались от людей с внешностью уроженцев Юго-Восточной Азии, но все понимали, что с подводной лодки никуда не деться.

Стюардессы, к слову, были тоже без масок. На рейсе из Барселоны в Москву 3 февраля, когда Россия уже закрыла границу с Китаем, мы снова были окружены китайцами, и вновь я не увидела ни малейших признаков того, что предпринимаются какие-то особенные меры. Правда, в Шереметьеве на пограничном контроле сотрудники были уже в масках. Все в тех же, тряпичных и бессмысленных. Кстати, "Аэрофлот" остался единственной авиакомпанией в России, которой позволено выполнять рейсы в Пекин, Гуанчжоу, Шанхай и Гонконг. Остальным это запрещено до конца марта. И именно в Шереметьево могут летать регулярные рейсы китайских авиалиний. Зачем, спрашивается, запрещать полеты конкурентам "Аэрофлота", если возможность прилететь из Китая в Россию сохраняется? Какой в этой мере смысл?!

Новосибирская спортсменка Полина провела в Китае неделю, с 24 по 30 января, а вернувшись домой, почувствовала себя плохо. Она летела из Шэньяна в Пекин, потом из Пекина в Иркутск и уже оттуда в Новосибирск. Температуру пассажирам замеряли только на китайской границе, в России – вообще никто не заморачивался. На родине Полина решила сдать анализы на коронавирус, но в платных медцентрах это оказалось невозможно. В обычной поликлинике врачи от Полины, услышав про Китай, просто разбежались – что предпринимать в такой ситуации, никто из них и понятия не имел. Потом решили вызвать скорую. Полину в итоге изолировали в отдельном боксе с еще одной девушкой, вернувшейся из Китая. То, что одна может заразить другую, похоже, никого из медиков не смутило. До сих пор неизвестно, когда прилетела в Тюмень и когда была госпитализирована китаянка с подтвержденным коронавирусом и сколько дней она гуляла по городу. Нет внятных комментариев про то, сколько дней в Чите разгуливал до госпитализации китаец с тем же диагнозом.

Зато Минздрав на днях официально порекомендовал несколько препаратов для лечения короновируса. Не успели все с облегчением выдохнуть, как специалисты, среди которых пульмонолог, академик Российской академии наук (РАН) Александр Чучалин, раскритиковали эти рекомендации. По словам Чучалина, с позиции медицины, основанной на доказательствах, сегодня нет данных по эффективности антивирусных препаратов при такой инфекции, как коронавирус, и Россия, делая подобные заявления, на международном уровне "будет выглядеть предельно плохо".

"Мы готовимся к возможной масштабной инфекции", – сказал замглавы Минздрава Сергей Краевой 4 февраля. Но в чем именно состоит подготовка, толком не объяснил. Зато признался, что в Минздраве пока не могут прогнозировать, как инфекция будет развиваться в России.

Оптимисты придерживаются статистики, которая говорит, что от обычного гриппа умирает значительно больше людей, чем погибло от коронавируса, скептики отшучиваются, что ситуация безвыходная и учит нас толерантности и смирению, в Ватикане папа римский Франциск молится за людей, заразившихся новым типом коронавируса. Тем временем самолеты, где сливаются потоки пассажиров из разных стран, продолжают летать, люди в этих самолетах балансируют между деликатностью и нарастающей паранойей, понимая, что если не пронесет, то помощи ждать, скорее всего, будет просто неоткуда.

Наталья Рудакова – журналист

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG