Ссылки для упрощенного доступа

Как вылечить китайский Шелковый путь


Евгений Симонов

Страны и международные организации лихорадочно ищут пути исправить разрушительные последствия вездесущего вируса для экономики и социума и, естественно, большие надежды возлагают на Китай и его инвестиции. Но экономике китайского "Шёлкового пути" коронавирусом нанесён двойной удар: сначала китайские инженеры и рабочие не смогли вернуться на зарубежные стройки во время эпидемии в Поднебесной, а теперь во многих странах введён строгий карантин и строительные проекты, в том числе с инвестициями из Китая, остановлены, чтобы избежать распространения заразы. Не все компании готовы продолжить замороженные проекты.

Министерство торговли КНР ещё в феврале опубликовало уведомление, что готовит список проектов "Пояса и пути", ужаленных пандемией, которые нуждаются в финансовой поддержке, и передаёт их в Банк развития Китая для оказания адресной помощи[1]. Всех пострадавших спасти не получится, ибо денег на иностранные инвестиции после пандемии у Китая стало меньше. В частности, поэтому Министерство торговли Китая обещало поддерживать только "высококачественные проекты, не нарушающие законов стран присутствия, риски которых поддаются контролю".

Будем надеяться, что в посткоронавирусной конкуренции победят те китайские проекты, с которыми связано меньше нарушений, претензий и конфликтов

Это выглядит как достойный цивилизованный подход, если сравнивать, скажем, с Российским союзом промышленников и предпринимателей (РСПП), который для облегчения прохождения пандемии бизнесом подал российскому правительству прошение отменить экологический контроль, продлить разрешения на отравляющие выбросы, отложить обязательства по экологическим инвестициям и ещё 50 пунктов предложений в том же духе. Но ведь лучше-то сравнивать с правительствами Германии, Британии и иных развитых стран, которые посреди пандемии призывают не столько спасать старые отрасли, сколько субсидировать переход к новой, устойчивой к потрясениям, зелёной экономике.

Поэтому 260 экологических объединений гражданского общества из 55 стран решили уточнить намеченный Китаем оздоровительный курс и обратились в Министерство торговли и банки КНР с письмом, объясняющим, каким социально-экологическим требованиям "с мест" должны удовлетворять "высококачественные проекты, риски которых поддаются контролю". Коалиция "Реки без границ" и ещё 12 российских экологических объединений приняли участие в этой всемирной петиции.

Активисты требуют, чтобы при инвестировании за рубеж соблюдались "три обязательные процедуры и семь непреложных запретов". То есть, переводя с китайского, чтобы в рамках проекта обязательно проводились:

– консультации с местными жителями в соответствии со стандартами свободного предварительного информированного согласия и равноправный диалог со всеми затронутыми проектом сторонами, а информация о проекте должна предоставляться населению с самых ранних этапов планирования;

– достоверные, всеобъемлющие, прозрачные оценки воздействия на окружающую среду с рассмотрением всего спектра альтернатив;

– проверка на соответствие стандартам международных инвестиций, в том числе "Зеленым принципам кредитования", иным руководствам по инвестированию, изданным самим Китаем.

А также чтобы проекты ни в коем случае не приводили к:

Ø негативному воздействию на объекты Всемирного наследия ЮНЕСКО и Рамсарские водно-болотные угодья, а также на особо охраняемые природные территории;

Ø уничтожению девственных лесов и иных ценных природных территорий;

Ø деградации свободно текущих рек или перекрытию миграционных путей животных;

Ø вымиранию популяций редких и угрожаемых видов флоры и фауны;

Ø возникновению или усугублению политических, этнических и прочих конфликтов, в том числе трансграничных;

Ø массовому насильственному переселению местных жителей;

Ø негативному воздействию на культурные и религиозные объекты.

Ничего специфически "китайского" в требованиях нет – это общепринятые правила хорошего поведения для всех инвесторов, но в рамках своих зарубежных проектов китайские компании ими часто пренебрегают. Чтобы не быть голословными, авторы петиции приложили описания 60 крупных проектов в странах "Пояса и пути", которые всесторонне иллюстрируют, что такое "некачественные" инвестиционные проекты и к каким негативным последствиям они ведут.

В "чёрный список проектов Шёлкового пути" в качестве наглядных примеров вошли несколько российско-китайских начинаний, все они из азиатской России:

– Амазарский целлюлозно-промышленный комплекс (ЦПК "Полярная") с собственным пограничным переходом в Забайкальском крае, уже погубивший рыбную реку Амазар и грозящий последним девственным лесам приграничья. Как раз его профинансировал в 2012 году Банк развития Китая, а теперь не может взыскать с владельцев долги;

– Лесопромышленный проект компании "Хенда – Сибирь", уничтоживший проектируемый заповедник в Томской области;

– Зашуланский угольный разрез в заповедном Красночикойском районе Забайкалья, на паях принадлежащий Группе En+ и компании "Шенхуа", ещё на стадии проектирования лишивший местное население единственной дороги и чреватый иными неприятностями;

– Газопровод "Сила Сибири – 2" (в девичестве "Алтай"), которым сначала планировали перерезать заповедное плато Укок, а теперь развернули на Байкальскую природную территорию;

– Канал "Евразия", который планируют проложить из Каспия в Азов через заповедные степи и болота силами компании "Синогидро";

– Все угле-нефтегазовые проекты "Ледяного Шёлкового пути" (в России известен как "Северный морской путь"), разрушающие хрупкие арктические экосистемы;

Из не менее актуальных для сибиряков проектов соседних стран в список вошла ГЭС, проектируемая на реке Эгийн-Гол, притоке Селенги, и угрожающая Байкалу, а также проект переброски вод из реки Онон в реку Ульза, оба на территории Монголии.

В совокупности собранные со всего мира 60 "демонстрационных проектов" угрожают 12 объектам Всемирного наследия, 20 международным водно-болотным угодьям и 34 заповедникам и национальным паркам. В ходе их создания нарушается 45 нетронутых речных экосистем и 48 иных ценных природных местообитаний, а также ставятся под угрозу популяции более 600 редких и эндемичных видов фауны и флоры. В 60 случаях проекты идут без согласия общин коренного населения, 49 проектов сопряжены с острыми местными спорами, а 13 чреваты международными конфликтами. Эти оценки весьма консервативны из-за недостатка и сокрытия информации, так как в 46 случаях из 60 не проведено качественной оценки воздействий проекта и не проводилось должного публичного обсуждения его последствий с общественностью.

В заключении обращения подчёркивается его универсальность: "Перечисленные нами критерии для определения "высококачественных" проектов и прилагаемый список проектов с высокой степенью риска актуальны для всех участников финансового сектора Китая и могут быть полезны для всех банков, заинтересованных в поддержке "высококачественных зарубежных проектов". И оно уже разослано во все основные банки, финансирующие проекты инициативы "Пояс и путь".

Есть основания ожидать, что обращение будет услышано, ведь одним из принятых после пика пандемии документов Госсовета КНР стало руководство "О развитии экологического управления", где прямо говорится об экологизации инвестиций в рамках инициативы "Пояс и путь". Поэтому будем надеяться, что в посткоронавирусной конкуренции победят те китайские проекты, с которыми связано меньше нарушений, претензий и конфликтов.

Евгений Симонов – координатор коалиции "Реки без границ"

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции

[1] Министерство торговли и Банк развития Китая (2020)№61 "Уведомление о поддержке высококачественных проектов для совместного строительства "Пояса и пути" как наш финансовый ответ на пандемию COVID-19" Ministry of Commerce & China Development Bank (2020) #61, Work Notice On Supporting the High Quality and Cooperative Building of “One Belt One Road” By Unleashing the Role of Development Finance in Response to the COVID-19 Outbreak / 商合函【2020】61号 《关于应对新冠肺炎疫情 发挥开发性金融作用支持高质量共建“一带一路”的工作通知》

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG