Ссылки для упрощенного доступа

"Мы долго терпели, пока не начали умирать". Работники Благовещенской станции скорой помощи обвинили руководство в заражениях


Иллюстративное фото

Врачи станции скорой помощи в Благовещенске утверждают, что на протяжении нескольких месяцев их жизни подвергались опасности из-за отсутствия средств индивидуальной защиты. По их словам, в период с марта по июль на станции около 40 сотрудников переболели коронавирусной инфекцией и пневмонией, а один из врачей погиб. А сейчас медики не могут получить положенные им выплаты.

– 7 августа, в день зарплаты, мы получили квитки, где все выплаты прописаны, но получили голые зарплаты, без ковидных, – рассказал редакции Сибирь.Реалии врач-кардиолог Олег Шульга. Из министерства отвечали: "Ждите, потом выплатим". Когда – неизвестно. Телефон Минздрава не отвечает. Причем, по нашей информации, другие учреждения города эти выплаты получили.

Олег Шульга
Олег Шульга

Олег Шульга – глава ячейки независимого профсоюза "Действие", созданной на благовещенской станции скорой помощи. В середине июля он опубликовал в своем инстаграме пост, в котором обвинил руководство больницы в массовом заражении коллег коронавирусом.

"Сейчас проводили Андрея Николаевича... У всех слезы. Сегодня подтверждено еще 4 ковид у наших. Вчера я обратился к нашему губернатору напрямую о плачевном состоянии на станции, о заболевших сотрудниках, об злоупотреблении администрации приведших к гибели нашего доктора, об использовании до дыр СИЗов, об игноре главврача наших обращений, а также выпустил пост с маленьким примером об организации работы внутри коллектива, которое не дает нам шанса не заболеть. Реакция последовала незамедлительно. На станцию по горячим следам прибыл главный эпидемиолог и увидела весь этот ужас…"

Врач-кардиолог Андрей Котенков скончался 10 июля. У него была обнаружена новая коронавирусная инфекция. Его семье из бюджета Амурской области выделили материальную помощь в 1 млн рублей. После его смерти был снят со своей должности главный врач станции скорой помощи Игорь Никишов. Одной из причин увольнения стало видео, в котором демонстрировались постиранные одноразовые костюмы. Этот ролик вместе с постом разместил в инстаграме Олег Шульга. Он считает, что ответственность за то, в каких условиях пришлось работать врачам, понесли не все виновные.

– Когда началась вся эта ситуация с коронавирусом, быстро выяснилось – скорая помощь к ней не готова. У нас не хватало СИЗов, не хватало медицинских масок. Инна Ивановна Кузнецова – человек, который изначально заведовал всеми закупками на скорой помощи, и до сегодняшнего дня все СИЗы выдаются по её личному распоряжению, – рассказывает Олег. – Сейчас она занимает должность заместителя главного врача по работе со средним персоналом. И ходят слухи, что её планируют назначить на должность главного врача. Нам она с калькулятором доказывала, что на весь рабочий день достаточно 4 медицинских масок. У меня сохранились записи её выступлений. На рабочих пятиминутках из её уст звучали такие слова, что на обычные вызовы мы не должны надевать никаких средств защиты. После моих обращений в социальных сетях ситуация улучшилась: стали поступать СИЗы, появились добровольцы-спонсоры, которые помогали. Хорошо помог профсоюз авиадиспетчеров, подарили нам защитные маски полного цикла. Дальше получилось так: Роспотребнадзор вынес какой то документ, согласно которому одноразовые костюмы можно повторно использовать после специальной обработки. Но повторно – это же не значит много раз! Одноразовые костюмы замачивались, стирались, причем сколько раз они так "обрабатывались" – неизвестно. Я неоднократно обращал внимание на костюмы с дырками, с нарушенным защитным слоем, эти костюмы после стирки "садятся" и рвутся – но костюмы продолжали эксплуатироваться до такой степени, пока они уже не износятся окончательно. Обращались и в прокуратуру, и в Роспотребнадзор – без толку. А стиралось и сушилось это всё прямо на станции скорой помощи, в тепловом узле. Возможно, что стирку заражённых костюмов проводили дома. То есть – все костюмы находились в одном месте: и грязные, и уже постиранные. Даже одноразовые пакеты для отходов стирались и использовались повторно! После того как мы сняли это всё на видео и выложили в интернет, приехала главный внештатный эпидемиолог Минздрава по фамилии Натыкан, которая была в настоящем шоке от увиденного. При нас она звонила своему руководству и громко сообщала в трубку: "Это правда! Это не фейк! Тут все еще хуже, чем мы думали!" За все это время, пока у нас на станции скорой помощи хранились, стирались и повторно обрабатывались грязные костюмы СИЗ, около 40 человек заболели – у кого-то пневмония, у кого-то "ковидное" ОРВИ, у кого-то бессимптомный ковид. В общем, нарушалось всё, что только можно, и мы это видели, мы об этом говорили, но все продолжалось до тех пор, пока мы не сообщили об этом губернатору. После этого в мешках в срочном порядке эти использованные костюмы куда то вывезли, я не знаю, куда именно. С 13 июля мы работаем только в одноразовых СИЗ либо в многоразовых костюмах, и отмечу, что среди персонала резко снизилась заболеваемость.

Юлия Пащенко
Юлия Пащенко

Юлия Пащенко работает на скорой помощи с 1991 года. С 2007-го – на должности старшего врача. Ей круглосуточно приходится контактировать как с больными, обратившимися на станцию, так и с коллегами, у многих из которых обнаружен ковид, в том числе и во время работы.

– Смерть нашего коллеги стала последней каплей, – рассказывает Юлия. – Олег Шульга отправил несколько фото с теплового узла, где сушились более 50 одноразовых костюмов губернатору, и предположил, что это и есть причина массового заболевания медработников. 12 июля на станцию приехала главный внештатный эпидемиолог Минздрава, после её визита все использованные одноразовые костюмы куда-то вывезли. Мимо этих постиранных костюмов ходил практически весь персонал станции скорой помощи, все это видели и молчали. Причем вся эта сушка и стирка продолжались с марта 2020 года, с самого первого поступления этих костюмов. Мы долго терпели, пока не начали умирать. Я считаю, что из-за преступной халатности человека, организовавшего стирку СИЗов, из-за желания сэкономить любой ценой, из-за отсутствия адекватных противоэпидемических мероприятий было допущено массовое заражение сотрудников. Несколько человек чудом остались живы, а один – погиб. Человек, организовавший это безобразие, не понёс никакой ответственности за свои действия. Другого объяснения, как лояльности к региональному Минздраву, я не нахожу. У нас отстранен главный врач, но стирка осуществлялась по распоряжению другого человека. Был случай, когда у врача выявили коронавирус, он ушел на больничный, а его бригаду, контактировавшую с ним, отправили работать дальше.

Сейчас я сужусь со станцией скорой помощи. Замглавврача Кузнецова в суде представляет станцию скорой помощи, ответчика. Утверждает, что никаких рисков у меня нет, что контакты с больными – моя личная инициатива. Но я как работник, контактирующий с лицами, имеющими подозрение на ковид, имею право на стимулирующую надбавку. Эта надбавка предусмотрена постановлением Правительства РФ 415. Но эту надбавку я не получаю, руководство считает, что я не подхожу под требования. Хотя региональный Минздрав и лично губернатор Орлов мне сказали, что я имею на неё право. Но денег всё нет, и поэтому я вынуждена судиться. Ни прокуратура, ни инспекция труда мне не помогли. Даже когда мне пришел официальный ответ от Минздрава, что я имею право на эту выплату, наш бывший главный врач сказал мне: "Ну это же тебе пришло, а не мне". Но я пойду до конца, я уже ничего не боюсь.

Станция скорой помощи
Станция скорой помощи

По словам Юлии Пащенко, противостояние сотрудников с руководством началось ещё до пандемии и длится уже около года. Оно началось в тот момент, когда несколько человек, членов независимого профсоюза, запросили штатное расписание.

– Это документ, в котором указаны все работники станции, их должности, – рассказывает Юлия. – Мы хотели знать, сколько у нас на станции ставок, кто чем занимается и за что отвечает. Получив это расписание, мы увидели такие должности, которых у нас на станции никогда не было, и мы их не видели никогда, а они, оказывается, существуют, и на них кто-то "числится" и получает зарплату. Мы стали задавать вопросы и попросили еще один документ – штатную расстановку, в этом документе указано, кто сколько ставок занимает, сколько получает. С этого момента всё и началось. Сейчас это расписание подчистили: например, убрали должность врача линейного контроля – у нас никогда не было такой должности, но зарплату кто-то получал. Мы, то есть активные работники, стали разъяснять остальным, что они не "рабы". Стали рассказывать, что у них есть свои трудовые права и что позиция руководства должна строиться не вокруг самого же руководства, а вокруг работников. Разумеется, после этого мы стали врагами. Например, мы сказали, что медицинских масок должно выдаваться не по 4 штуки на весь рабочий день, а по 1 маске в расчете на пациентов, чтобы после каждого пациента врач менял её. Или вот еще – получили зарплату, а потом руководство сочло, что заплатили излишне, неверно истолковав указы президента. Ну, значит снимайте с карты или удерживайте со следующей зарплаты, но нет – сотрудникам предлагают "добровольно"написать заявление о возврате "излишне выплаченных сумм"и наличными возвращать в кассу. При этом зарплата выплачивается безналичным способом. Разве так можно? Куда пойдут эти деньги?

В Минздраве Амурской области не смогли дать комментарий об обстоятельствах, изложенных сотрудниками станции скорой медицинской помощи. Редакция Сибирь.Реалии направила официальный запрос в ведомство, но на момент публикации материала ответ не был получен. Инна Кузнецова от комментариев и общения отказалась.

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG