Ссылки для упрощенного доступа

Охота, которая не убивает


Алексей Кужлеков – научный сотрудник Салюгемского национального парка в Республике Алтай. Вместе с коллегами он пытается сохранить популяцию снежных барсов и других краснокнижных животных, которых в России остались считаные единицы.

"Я мог быть либо военным, либо охотоведом: охотоведом я захотел стать с седьмого класса", – рассказывает Алексей.

После окончания факультета охотоведения Сельскохозяйственной академии в Иркутске он по совету научного руководителя отправился изучать горных баранов на Алтай. Несмотря на невысокую зарплату, работа в экспедициях Алексею понравилась: "Это своеобразный азарт, это интерес. На самом деле, когда я сюда приезжаю и провожу какие-то экспедиционные работы, я приезжаю сюда отдыхать. Приезжаю сюда, это как на отдых".

В Салюгемском национальном парке Алексей занимается изучением и сохранением популяции снежных барсов. По его словам, в 90-е годы эти животные были в России на грани вымирания: люди, лишившись постоянного заработка, были вынуждены заниматься браконьерством. К концу XX века снежные барсы в Алтайском крае практически исчезли, и лишь в 2010 году была создана особо охраняемая природная территория, где животные могли бы жить в безопасности.

"Изначально был определенный внутренний рынок, определенные люди, которые это дело скупали, перекупщики, – рассказывает Алексей. – Они потом шкуры и все остальное переправляли за границу: в Китай в основном уходили. Либо продавали в России на внутреннем рынке частным лицам".

Несмотря на создание заповедника, браконьеры продолжали в нем охотиться на барсов, потому что работы на Алтае по-прежнему не было. Алексей говорит, что не судит этих людей и понимает, что они оказались в сложных условиях: "Когда у тебя, допустим, в семье два-три ребенка, тебе их нужно чем-то кормить. А кормить нечем: денег негде брать. Тем более это отдаленные села, где практически нет работы. Вот люди и шли в лес, устанавливали петли на барсов".

Чтобы изменить сложившуюся ситуацию, сотрудники парка решили привлечь к спасению снежных барсов тех самых бывших браконьеров, предложив им альтернативу в виде стабильной работы. Одним из тех, кто согласился сотрудничать, был Мерген Марков из Аргута. Теперь вместо петель он ставит на барсов фотоловушки.

"Его привлекли, с ним поговорили, ему объяснили, что есть такая программа: ты нам помогаешь изучать снежного барса в этих местах, потому что ты знаешь его повадки – где он ходит, как он передвигается, – объясняет Алексей. – Тебе легче понять, где тебе установить фотоловушку, в каком месте. Ты уже практически специалист".

Мерген говорит, что сам на снежного барса никогда не охотился: опасался предания, согласно которому охотник, убивший это гордое животное, будет проклят. Но признает, что браконьерствовал и убивал других краснокнижных животных: маралов, козерогов. "Нечем было кормиться, а денег не было, никто не давал. Вот и начал охотиться", – вспоминает он. По его словам, раньше в его родных краях люди занимались скотоводством и охотой. Но после развала СССР всё пришло в упадок, большой колхоз развалился, и чтобы прокормиться, люди начали заниматься незаконной охотой.

Сейчас на территории парка постоянно живут от 15 до 17 взрослых барсов, и их популяция растёт. Наблюдать за их жизнью помогают не только фотоловушки, но и постоянный сбор генетического материала, которым тоже занимаются бывшие браконьеры: его постоянно отправляют на анализ в Москву. Алексей смеётся, что биологического материала (в основном фекалий) у него скопилось столько, что ему приходится хранить их в собственном холодильнике, в морозильной камере.

Главный партнёр проекта восстановления популяции барсов – Всемирный фонд дикой природы. Именно он предоставляет заповеднику необходимое финансирование, технику, помогает организовывать полевые выезды. Алексея беспокоит, что если финансирование проекта прекратится, браконьерство в регионе может развернуться с прежней силой:

"Насколько долго это может продолжаться? Когда проект этот закроется или его закроют, как дальше себя поведет этот человек? – философствует он. – Будет продолжать или не будет продолжать этими вещами заниматься?"

Мерген Марков не скрывает, что занимается фотоохотой не из любви к животным, а потому что ему нужна стабильная работа. "Понимаете, если ты охотишься только зимой, а летом у тебя денег не бывает, ты будешь с голоду умирать, – откровенно говорит он. – А если работа есть круглый год, постоянно, то это выгоднее, чем браконьерством заниматься".

Подробнее здесь

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG