Ссылки для упрощенного доступа

200 лет истории сданы в утиль. Под Красноярском продают старинный стекольный завод, переживший революцию и Гражданскую войну


В 40 километрах от Красноярска в поселке Памяти 13 Борцов, если проехать его поперек и свернуть к берегу реки Качи, открывается вид на огромную 10-метровую трубу, уходящую в небо, и красные кирпичные стены старинного стекольного завода. Если подойти ближе, можно разглядеть дно стеклоплавильной печи и блестящие осколки разных размеров и причудливых форм, переливающиеся всеми цветами радуги, что особенно красиво выглядит в солнечную погоду. Это готовое (и бесплатное) арт-пространство.

Здесь можно играть в сталкера, снимать фильмы и устраивать фотосессии. Такую услугу давно предлагают ушлые красноярские гиды. "Авито" пестрит объявлениями: "Экскурсия на старинный стекольный завод, 1500 рублей с человека". В конце июля там же, на "Авито", завод выставили на продажу – за 10 миллионов рублей. В поселке переживают, что "продают" их историю – живописные руины с боем стекла кажутся жителям 13 Борцов более родными, чем любое новое предприятие, которое может появиться на месте завода.

Завод и знамение

15 мая 1823 года титулярная советница Анна Коновалова по просьбе сына Ивана Коновалова подала прошение на имя генерал-губернатора Восточной Сибири о нарезе земли в размере 300 десятин под постройку нового стеклоделательного завода на левом берегу Качи. Так 200 лет назад началась история первого стекольного производства в Енисейской губернии.

Это место обнаружил Иван Коновалов, коллежский советник и отставной горный инженер, проезжая однажды по Московскому тракту и заметив на берегу реки горы кварцевого песка. Вдоль дороги стеной стоял густой лес – топлива было достаточно. Можно начинать строительство.

Так появился стекольный завод, а рядом – поселок Знаменское. Инженер был человеком религиозным, он увидел во сне Богородицу и построил в поселке храм Знамения, при котором был открыт женский монастырь.

Хотя Коновалов владел разными активами, в том числе золотыми приисками, прославился он именно как владелец стекольного завода.

Производство оказалось невероятно прибыльным. Бутылки, кувшины, кружки, стаканы, аптечную посуду из Знаменки вывозили в соседние Томскую и Иркутскую губернии.

В 1860 году на заводе было выпущено 70 тысяч изделий, в том числе до двух десятков видов посуды для питейных заведений, аптек и домашнего обихода. Кроме стеклянных изделий, здесь выпускали фаянсовые тарелки, чашки, миски, тазы, умывальники и прочую посуду.

" В 1823 году селения и окрестные города Енисейской губернии были обезображены слюдяными и пузырными окнами, в самом губернском городе находились некоторые улицы с подобными, но в настоящее время, благодаря стеклянному заводу Коновалова, везде вместо слюды и пузырей заступило стекло. В заводе делают разную посуду, которая до того крепче, что без всякого опасения выдерживает кипяток", – с гордостью сообщал первый губернатор Степанов в книге "Енисейская губерния".

Братья Даниловы и новая жизнь завода

После смерти Коновалова завод несколько раз менял хозяев, пока в 1908 году его не купили винно-водочные магнаты, братья Иосиф и Виктор Даниловы.

Новый корпус стеклозавода. Начало ХХ века
Новый корпус стеклозавода. Начало ХХ века

Они владели винокуренным производством возле Минусинска и пиво-медоваренным заводом в Красноярске. Алкогольная продукция купцов Даниловых получала медали на международных выставках, и даже в самом Париже была отмечена за оригинальный вкус сибирской медовухи.

Для разлива горячительных напитков братьям нужна была тара. Поэтому они и купили стекольное производство. Но заводское здание выстроили новое (именно его руины сохранились до сих пор), а в качестве главного инженера выписали из Европы бельгийца Иосифа Лифебро. Специалист приехал в Сибирь с молодой женой, но вскоре ей стало не хватать цивилизации и бельгийского шоколада. Поэтому она вернулась на родину, а Лефебро, женившись на местной девушке, остался и работал на заводе до самой смерти в 1939 году.

Лефебро (стоит первый слева) с сослуживцами на Празднике черемухи
Лефебро (стоит первый слева) с сослуживцами на Празднике черемухи

Когда в окрестностях истощились запасы кварцевого песка, работать стали на привозном сырье. В логистических схемах стекольного производства были задействованы жители близлежащих деревень. Одни подвозили дрова для печей, другие доставляли готовую продукцию на станцию Бугач.

Даниловы заботились о своих рабочих. Пожилым сотрудникам назначали пенсии, семьи мобилизованных в Первую мировую войну получали жалованье кормильца в полном объеме. Также владельцы фабрики жертвовали деньги на содержание гимназии, фельдшерской школы, аптек, помогали приютским детям, учащимся и студентам, переселенцам и ссыльным.

Производство росло, рабочих рук не хватало, и Даниловы начали вербовать мастеров из центральной России и Украины.

Во время Первой мировой на стеклозаводе также работали военнопленные австрийцы и немцы. К 1917 году население Знаменки выросло в три раза. Стекольное производство было одним из самых крупных предприятий Енисейской губернии – здесь работало более 900 человек.

Это была серьезная сила грядущей пролетарской революции.

13 борцов

Начиная с февраля 1917-го, трудящиеся стекольного завода не столько трудились, сколько принимали участие в различных революционных мероприятиях: стачках, митингах, массовых беспорядках и вооруженных восстаниях.

Дуть стекло было практически некогда. Одна власть сменяла другую. При коммунистах рабочие ходили на демонстрации под красными флагами, при белых уходили в подполье, устраивали поджоги и теракты. В мае 1919 года стекольщики создали партизанский отряд, который полгода терроризировал Транссибирскую железную дорогу от станции Козульки до Снежницы. Партизаны взрывали мосты, развинчивали рельсы, пускали под откос поезда. Около станции Кемчуг они опрокинули эшелон с войсками, который шел на Западный фронт воевать с Красной армией.

Кроме того, партизаны исподтишка нападали на небольшие отряды колчаковцев, резали милиционеров, жгли "кулаков", убивали представителей белой администрации.

В качестве ответной меры белогвардейский карательный отряд уничтожил осенью 1919 года тринадцать наиболее агрессивных пролетариев, в честь которых после установления советской власти поселок Знаменский переименовали в поселок Памяти 13 Борцов.

Знамения Богородицы новому режиму были не нужны. Монастырь закрыли, монахинь выгнали на улицу, имущество разграбили, здание отдали под клуб. Большая часть послушниц монастыря без суда и следствия были отправлены в Красноярский концлагерь. Последняя настоятельница – Сафронья Фофанова была арестована в мае 1921 года по обвинению в участии в "контрреволюционном выступлении" против закрытия Знаменской церкви. В переводе на современный язык – за одиночный пикет.

Бутылки для "коктейля Молотова"

Завод, как ни удивительно, пережил революцию и Гражданскую войну. Его, разумеется, национализировали, но бывших владельцев не тронули, оставив на заводе в качестве управляющих.

Во время НЭПа темпы производства росли, ежедневно выпускалось 300–350 ящиков оконного стекла и 2–3 вагона посуды.

А потом умные братья Даниловы нашли способ выехать за границу, и производство (по чистой случайности) пришло в упадок. Куда-то сразу же подевались квалифицированные кадры, начались перебои с поставкой сырья, производство периодически останавливалось, и нечем стало выплачивать зарплату трудящимся, которые в Гражданскую войну сражались за власть советов.

Упадок продолжался до начала Второй мировой войны, когда в Память 13 Борцов эвакуировали производственные мощности Ленинградского стеклозавода. Эвакуировали без рабочих, которых отправили на фронт. В годы войны на Знаменском заводе в основном производили бутылки для "коктейля Молотова", которым советские солдаты поджигали немецкие танки (пока по ленд-лизу не подвезли нормальные американские гранаты). Также на заводе делали солдатские фляжки, закаленное стекло к бронепоездам и пароходам. После войны главной продукцией завода были бутылки, 3–4 миллиона штук в месяц – только наполняли их уже не зажигательной смесью, а лимонадом и портвейном "Три семерки".

В девяностые годы предприятие разворовали и объявили банкротом. В 2003 году сняли охрану, после чего все желающие могли грабить и разрушать запущенные заводские строения.

Халявный мастер и шумила

Сегодня руины завода никто не охраняет. Добраться до исторического места несложно, дорогу с радостью покажет каждый житель поселка.

– У меня дед и мама свекрови работали на заводе, – говорит местная жительница Ирины Борзых, – она – счетоводом, он – электриком. Помню, все детство было связано с заводом, туда бегали относить обед, там собирали некондицию. Я лет 10 там не была. Тоскливо смотреть, такая жизнь раньше кипела. Да туристы стали ездить толпами недавно, все стекло повыбрали, зачем оно им – не пойму.

Погулять по развалинам в романтическом одиночестве не получится, обязательно встретишь одну-две группы людей. Фотографируют, разглядывают стекляшки, забираются в трубу, делают селфи на обломках стен.

Антаолий Миралевич, создатель музея
Антаолий Миралевич, создатель музея

Удивительно, но при местной школе до сих пор существует музей истории стеклозавода, хранителем которого является учитель Галина Арокина. В небольшом помещении на стенах висят стенды со старинными фотографиями завода и его первых директоров, в центре стеклянные витрины с образцами продукции, муляж печи, у стены потертое и облупленное кресло, о котором говорится, что оно принадлежало одному из братьев Даниловых.

Музей создал в 1960-е годы энтузиаст и краевед Анатолий Миралевич. Сегодня в фонде музея более 700 единиц хранения. Основу составляют образцы продукции стеклозавода разного времени, фотоматериалы, иллюстрирующие историю завода и поселка.

– Например, на заводе было две профессии, которых наверняка сегодня нет нигде. Это халявный мастер. Человек, который набирал из раскаленного горшка стеклянную массу специальным приспособлением – халявной трубкой. Потом раскачивал трубку из стороны в сторону, добиваясь выдува нужного изделия. Это очень тяжелый труд, который не имеет ничего общего с так называемой "халявой". Масса для выдува могла поспеть в любой момент, даже ночью. Чтобы этого не ждать, мастера завода в конце рабочего дня расходились по домам. А когда масса была готова, специальный человек – шумила – бегал по поселку с фонарем и будил стеклодувов, – рассказывает Галина.

Заводской двор. Начало ХХ века
Заводской двор. Начало ХХ века

В июне Красноярский краеведческий музей впервые опубликовал дневник историко-бытовой экспедиции в поселок Памяти 13 Борцов сотрудников музея, которая состоялась в октябре 1959 года. Тогда была собрана коллекция предметов и документов и записаны воспоминания старожилов поселка. Сегодня она представлена в краеведческом музее на выставке, посвященной 200-летию создания завода.

Черкашина Мария Федоровна начала работать на заводе с 8 лет:

"Работала с 6 часов вечера до 6 часов утра. Сперва работала "хлопцем" на маленькой аптечной посуде, потом бутылки, четвертки таскала. С 15 лет вязала стекло. Если опоздаешь на работу, мастера били. Приду на смену и плачу, тятя с мамой спят, а я работаю. В месяц зарабатывала 3 рубля. Заместо денег давали "марки" (точно такие же, как поездные картонные билетики)".

Заводские боны (суррогаты денег)
Заводские боны (суррогаты денег)

Иван Карцев проработал на заводе 50 лет.

"Был каменщиком, стекловаром, дежурным, халявным мастером. Из сульфатного стекла делали "халяву". Заместо денег выдавали марки: 1 рубль, 50 копеек и 3 рубля. Величиной марки были со спичечную коробку. 1 рубль – была желтенькая марка, 50 копеек – красненькая, а 3 рубля – зелененькая. Хозяином завода был Данилов. Но Данилов почти не жил на стеклозаводе, в 1916 году за весь год приехал только раз. Управляющим завода был Бауэр. Управляющий был очень плохой, рабочих бил палкой. При советской власти сошел с ума".

Управляющий Бауэр (третий слева во втором ряду)
Управляющий Бауэр (третий слева во втором ряду)

Егоров Константин Иванович:

"Пришел на завод в 7 лет в 1897 году. Печи были "горшковые". Когда в горшках стекло варится отдыхаешь, потом, как только сварится, в любое время зовут на работу, ночью будят и работаешь, пока все стекло не сделаешь. Помню свадьбу Данилова. Все гуляли. Жену взял из Америки – маленькая, худенькая. Приехали в карете".

Орлов Михаил Дмитриевич работал на заводе с 1925 года:

"На заводе делали цветные графины. Крынки, сначала надувают, туда садят цветного стеклянного петуха. Потом горлышко нагревают и сужают, получается графин с петухом".

Галина Арокина рассказывает, что работа над сохранением истории завода продолжается, в архивах хранятся еще не изученные материалы, не описанные предметы и не расшифрованные аудиозаписи разговоров с бывшими работниками, сделанные Миралевичем. И единственный вопрос, который сегодня беспокоит краеведов – что будет с заводом дальше? Галина говорит, что в поселке никто не знает, кто владелец земли и где он находится. И, главное, что будет после продажи. Вдруг руины снесут, и 200-летняя история канет в Лету.

Несколько лет были разговоры о том, чтобы признать развалины завода объектом культурного наследия. Но эту идею краеведов не поддержала администрация Красноярского края.

Корреспондент Сибирь.Реалии попытался связаться с продавцом завода. Однако по указанному номеру ответил мужчина, который заявил, что он – всего лишь посредник, находится сейчас в Сочи и единственное, что может сделать – передать телефон владельцу, который "с вами свяжется".

Однако никто так и не перезвонил.

...

XS
SM
MD
LG