В конце декабря 2025 года правительство Сахалинской области сократило финансирование программы газификации региона на 14,8 млрд рублей. Природный газ для бытовых нужд недоступен значительной части жителей региона. При этом на Сахалине ежегодно добываются десятки миллиардов кубометров газа, в том числе для экспорта.
"Нас опять кинули"
Когда в 2020 году правительство Сахалинской области и Газпром подписали пятилетнюю программу газификации региона, уровень газификации здесь был одним из самых низких в стране – около 14%. В 2022 году, прямо накануне войны, он превысил 56 % и власти обещали окончательно решить проблему к 2027 году. Но с началом войны темпы газификации резко снизились. По данным на 2025 год ее уровень на острове составляет примерно 64–65 %.
– За два последних года к газу у нас были подключены всего семь районов – шесть в Южно-Сахалинске и один – в Корсаковском районе Сахалина. Получается, им только в Южно-Сахалинске нужно подключить еще 151 район! Конечно, было понятно, что сроки перенесут опять, – говорит Ольга из Южно-Сахалинска (фамилии собеседников не называются из соображений их безопасности – СР). – В чем причина очевидно. Они начали новую программу газификации в 2022 году и тут же ее притормозили, потому что денег нет. Все деньги теперь сами знаете где.
Ольга говорит, что заявку на подключение к газу ее семья подавала как раз в 2022 году.
– Потому что платежки за отопление уже тогда зашкаливали. Сейчас люди из других регионов жалуются на коммунальные в 10-15-18 тысяч, равные ипотечному платежу. А мы уже тогда о**евали от цифр в платежках за электричество. Нас успокаивали одним – вот перейдем на "более экологичное и дешевое" топливо и выдохнете, – вспоминает Ольга. – Только мы скорее сдохнем. Потому что нас опять кинули – наш район "Искатель" опять "передвинут по срокам" газификации, которая у них только на бумагах.
На этот раз перенос "стопроцентной технически возможной догазификации" (подвод газопровода к земельным участкам) региона датирован 2032 годом – новые сроки обозначили в сахалинском минэнерго.
– Последний раз, когда я ещё верила в эти “программы газификации”, был 2009 год, – говорит Елена, жительница района "Коммунальник" (находится в границах города, в 20 километрах от центра Южно-Сахалинска). – Тогда обещали с 2010 по 2020 год газифицировать весь регион. В итоге к 2021 году газифицировали только новые микрорайоны Южно-Сахалинска – и всё. Как видите, после тех десяти лет ожидания прошло ещё пять лет, а мы, столица области, до сих пор греемся углём.
За реализацию программы газификации отвечают две стороны. Газпром строит магистральные газопроводы. А дальше надо подвести газ к домам, обеспечить работу котлов и прочего оборудования. При этом, Сахалин – остров (площадь – 87 101 км²), перерезанный горами и болотам, сейсмически неустойчивый. Населенные пункты находятся далеко друг от друга. Протягивать трубу к маленькому поселку на сотни домов часто экономически крайне невыгодно.
Расходы на это ложатся на местные бюджеты и самих пользователей (в среднем подключение одного частного дома к газу оценивается примерно в 200 тысяч рублей). В итоге нередко складывается ситуация, когда труба рядом есть, а газа в доме нет. Приходится использовать уголь, дизель или электричество.
В 2025 году губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко заявлял, что очередной перенос сроков газификации вызван ростом числа абонентов.
– На самом деле с 90-х у нас населения только тает (население Сахалина, действительно, сократилось с почти 710 тысяч в 1989 г. до почти 458 тысяч в 2025 г. – СР) И год от года все меньше. Какой рост абонентов? – возмущается жительница города Холмска Марина. – У нас отток в другие регионы бешеный (население Холмска сократилось с почти 51 тыс. в 1989 г до почти 25 тыс в 2025 г – СР). А с началом войны и гибель мужчин добавилась. Только моих знакомых с десяток уже похоронили. Одно время хоронили одного за другим – Саша Мишин, потом Саша Самохвалов и в тот же месяц Олег Костенко. Чуть раньше, Саша Лебедовский. Из дома культуры гробы не успевали выносить. Офигеть, как прибавилось народу.
При этом, бюджет Сахалинской области на 2026 год принят с доходами 190,9 млрд рублей и расходами 218 млрд рублей (дефицит – 28 млрд рублей). Согласно докладу Счетной палаты, за девять месяцев 2025 года область стала антилидером среди российских регионов в падении доходов бюджета. В документе подчёркивается, что ключевой причиной стала "просадка налога на прибыль в экспортно-сырьевых экономиках на фоне санкций и ухудшения внешней конъюнктуры".
– Только налог на прибыль сократился в 2025 г. на Сахалине на 25% из-за падения цен на углеводороды. Расходы сократили на 7%, но все равно дефицит бюджета большой, – поясняет причины срыва программы газификации экономист Владимир Кедров, работающий с данными российской статистики (используется псевдоним из-за закона о нежелательных организациях – СР).
На фоне падения цен на газ, по оценкам аналитиков, его добыча в Сахалинской области по итогам 2025 года сократилась примерно на 1,5 млрд куб. м по сравнению с предыдущим годом. (28,5 млрд куб. м против 30 млрд куб. м).
Сахалин – один из немногих российских регионов, где бюджет долгие годы напрямую зависел от крупных международных нефтегазовых предприятий. Речь идёт прежде всего о двух проектах на шельфе острова – "Сахалин-1" и "Сахалин-2". Первый добывает и экспортирует нефть, второй – добывает нефть и газ, а также производит сжиженный природный газ (СПГ), который отправляется на экспорт, в первую очередь в страны Азии, преимущественно в Японию.
До 2022 года это были международные консорциумы. В "Сахалине-1" ключевую роль играл американский концерн ExxonMobil – он был оператором проекта и отвечал за технологии и управление. В "Сахалине-2" среди акционеров были британско-нидерландская Shell и японские Mitsui и Mitsubishi. Именно иностранные компании обеспечивали значительную часть технологий, финансирование и доступ к зарубежным рынкам.
После начала войны и введения санкций ситуация резко изменилась. Exxon объявила о выходе из России и фактически покинула "Сахалин-1". После ухода ExxonMobil проект фактически лишился оператора с глобальной экспертизой, доступа к части технологий и сервисов, привычных каналов продаж и финансовых расчётов. В 2022 году после введения первых санкций и ухода ExxonMobil добыча и экспорт нефти с "Сахалина-1" резко сократились; в отдельные месяцы поставки практически прекращались. Далее в 2023 году объёмы добычи и поставок постепенно восстанавливались, но конкуренция на рынке, логистические сложности и дисконтирование цен снижали фактическую выручку за баррель. Точные официальные цифры по доходам проекта отдельно не публикуют, но в целом, по данным CREA (некоммерческий Центр исследований энергетики и чистого воздуха), доходы России от экспорта нефти за последние 12 месяцев снизились на 18% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. При этом объемы экспорта нефти остались на 6% выше докризисного уровня и составили 215 миллионов тонн.
Компания Shell после начала войны вышла из "Сахалина-2". Российские власти переформатировали структуру собственности обоих проектов: были созданы новые российские операторы, доли перераспределены, управление перешло под контроль российских структур. Формально добыча продолжилась, но условия работы стали другими. Нефть с "Сахалина-1" теперь продаётся в условиях ограниченного круга покупателей и сложных логистических схем. Газ и СПГ с "Сахалина-2" продолжают идти в Азию, но каждый такой контракт существует в режиме санкционных рисков (связанных не с самим продуктом, а в основном с логистикой, страхованием, финансовыми расчетами).
Часть операций – от страхования танкеров до расчётов и сервисных услуг – стала зависеть от специальных разрешений и исключений. США неоднократно продлевали лицензию, которая выводит из-под ограничений операции, связанные с поставками нефти "Сахалина-2" в Японию, подчёркивая, что речь идёт об энергобезопасности этой страны.
Кроме того, усложнились поставки оборудования и технологий. Для морской добычи и производства СПГ требуются специализированные технические решения, которые ранее поставлялись западными компаниями. Вдобавок к этому сами месторождения постепенно стареют: поддержание добычи на прежнем уровне требует всё больших вложений. Все эти факторы в совокупности делают добычу нефти и газа на Сахалине гораздо более затратной, что влечет за собой снижение прибыли и лишает региональный бюджет значительных сумм. Налог на прибыль от нефтегазовых проектов – один из ключевых источников доходов Сахалинской области.
– И дело не только в том, что мировые цены на нефть и газ падают, а санкционное давление на Россию продолжается. Сейчас период циклического охлаждения экономики, а внешних инвестиций по причине того же "СВО" нет. Но главное – перенаправление основного потока денег на военные нужны. То есть, федеральный бюджет не помогает с программой газификации, и региональные власти не могут физически выполнить свои обещания, – говорит доктор экономических наук, преподаватель одного из сибирских госуниверситетов Алексей Вьюнов (используется псевдоним из-за закона о нежелательных организациях – СР). – В дефицитном бюджете региона нам, конечно, открыто не показали, сколько именно средств ушло на войну. Но одной цифры достаточно – в 2025 году власти Сахалина подняли еще на 500 тысяч размер выплаты за контракт с Минобороны, общая сумма достигла 2,5 миллионов. А за год только на одного(!) контрактника ушло больше 7 миллионов рублей.
"Средняя температура по больнице"
В 2024 году власти сообщили, что Россия стала самой газифицированной страной в мире.
Однако за "средней температурой по больнице" скрывается существенная региональная дифференциация. В России есть территории, где сетевой газ доступен практически везде (например, в Центральном федеральном округе многие области газифицированы на 90%). Одновременно в Дальневосточном федеральном округе (куда входит и Сахалин) уровень газификации составляет около 28%, что примерно в три раза ниже среднероссийского значения. В целом, в план-график Дальневосточного федерального округа на начало 2025 года по социальной газификации было включено 75 тыс. домовладений, но реально выполнено только порядка 23 тыс. подключений. Это означает, что около 70% заявок остаются нереализованными. Еще хуже ситуация в ряде субъектов Сибири. Иркутская область, Хакасия или Тыва фактически не обеспечены природным газом – там уровень газификации ниже 1%.
Контраст – не только между Европейской и Азиатской Россией, но и между регионами внутри европейской части страны. Так, неподалеку от республики Татарстан – лидеру по газификации с 99,5% – есть Кировская область, где природный газ доступен 56% жителей. Рядом с Московской областью с уровнем 98,3% есть Тверская, где уровень газификации ниже среднего - около 71%. Рядом с Санкт-Петербургом (около 95–96% ) – Республика Карелия – 35,2% по итогам 2024 года и Псковская область, через которую идут магистральные газопроводы, до войны поставлявшие газ в Европу, – 52,21% на 31 декабря 2024 г.
Природного газа вообще нет, к примеру, в Плюсском районе Псковской области. Третью зиму подряд там разворачивается настоящая коммунальная драма: в крупном поселке Заплюсье местная котельная на щепе не в состоянии дать горячую воду в батареи и водопровод, из-за частых аварий отопление отключается полностью. В этом году Следственный комитет возбудил дело по статье "халатность".