Ссылки для упрощенного доступа

"Надежды на Китай не оправдались". Отношения России и КНР через полгода войны


Китай примет участие в военных учениях "Восток-2022" на полигонах Минобороны России на Дальнем Востоке. Военное руководство КНР называет целью участия в учениях "углубление прагматичного и дружественного сотрудничества", а также "повышение способности противостоять различным угрозам безопасности". При этом эксперты, опрошенные Сибирь.Реалии, полагают, что за полгода с начала войны в Украине Китай не стал для России полноценным союзником и вряд ли станет в обозримом будущем.

"Путин – мужик"

Россиянин Михаил Чертыков переехал в Китай из Хакасии несколько лет назад. Он работает в сфере мелкого бизнеса и регулярно общается с соотечественниками по делам. Говорит, что в первые месяцы войны у него возникали конфликты со знакомыми из России, поскольку те поддерживали начавшуюся в Украине войну. При этом, по наблюдениям Михаила, уровень поддержки агрессии среди российских экспатов в Китае все же существенно ниже, чем в самой России.

– С экспатами я стараюсь эту тему не обсуждать, не навязывать свою точку зрения, потому что тема, как оказалось, взрывоопасная, – говорит Михаил. – В самом Китае официальные СМИ, как правило, копируют российские госСМИ, формируя соответствующее мнение. Правильно же говорят, что народ – что трава, куда ветер – туда и она. Но есть, конечно, и нюансы. К примеру, главный тезис китайской официальной пропаганды заключается в том, что Запад помогает Украине оружием и прочим, тем самым затягивая конфликт. По этой логике конфликт может окончиться только поражением Украины. И все происходящее трактуется только так, других вариантов нет.

Изображение Си Цзиньпина за скульптурой Мао Цзэдуна
Изображение Си Цзиньпина за скульптурой Мао Цзэдуна

По словам Чертыкова, жители Китая не вникают в детали российско-украинских отношений, не интересуется локальными причинами текущей войны. Они воспринимают войну в Украине как противостояние КНР и коллективного Запада, где Россия пытается помешать продвижению западных ценностей на Восток.

– Для них Украина, как для нас какая-то Эритрея, о которой мы только недавно узнали. И тут позиция китайского общества в основном понятна, потому что власть пропагандирует ее не первый год. Дело в том, что Китай, как говорят, "стоит на одной ноге": они позаимствовали экономическую систему, но политическая сфера не развита. Поэтому власть полагает, что Запад, стоящий как раз "на двух ногах", представляет для КНР угрозу. Соответственно, они выступают за то, чтобы существующий сейчас статус-кво сохранялся. Поэтому китайская пропаганда уже десятилетиями говорит, что "лодку раскачивать нельзя", нужно сохранять равновесие в мире. Да, в Китае, как и в России, население не является субъектом политики с точки зрения западных демократий: людей обычно не спрашивают. Но все же огромные массы людей накачаны пропагандой, а пропаганда имеет инерцию: у многих людей противостояние с Западом уже на уровне мировоззрения. Поэтому, я полагаю, если вдруг Китаю станет совсем невыгодно контактировать с Путиным, сторону Запада они все равно не смогут принять. Население этого не поймет.

Елена из Хабаровска шесть лет преподает языки в Шанхае. По ее словам, война в Украине никак не повлияла на повседневную жизнь китайцев: в городе не стало больше российских магазинов, у нее не прибавилось учеников, которые раньше занимались у преподавателей из США.

– Для китайцев война в Украине – картинка из телевизора, не более того. Причем показывают по большей части какие-то официальные встречи либо общие кадры с фронтов. Что произошло в условной Буче или Мариуполе – никто не вникает. Но нарратив такой, что "Путин молодец". Многие, когда узнавали, что я из России, показывали большой палец и говорили что-то вроде: "Путин – мужик". А мне оставалось лишь кисло улыбаться в ответ. Что касается экспатов, то там разные мнения. Есть и противники, а есть "патриоты". Недавно общалась с администратором одного русскоязычного паблика в Китае, заговорили о россиянах, которые уехали из России с начала войны. Он говорит: "А что их жалеть, они же чмошники".

Виктор Ульяненко
Виктор Ульяненко

По словам китаиста Виктора Ульяненко, в Китае доступны альтернативные источники информации, примерно так же, как сейчас в России. При этом большинство китайцев все равно верят только официальной точке зрения.

– Население Китая относится к событиям в Украине так, как им положено относиться. СМИ изображают все так, что Россия права и все ее действия можно понять и простить. Они говорят, что дело не в России, а в Западе, который раздувает этот конфликт. В Китае нет независимых СМИ, но кто хочет – может ознакомиться с альтернативной точкой зрения. Многие диссиденты уехали из Китая в США, они ведут каналы на YouТube. Хоть он и заблокирован в стране, посмотреть его все равно можно, так же как и Фейсбук и Инстаграм. Однако большая часть аудитории в Китае либо смотрит телевизор, либо ищет информацию в интернете, но при этом все равно уже заточена под официальный нарратив. Широкие массы верят в то, что США – это вечный враг, а Россия – вечный друг. Но это народные массы. Китайское руководство гораздо более умное, – говорит Ульяненко.

"Начались отказы в поставках"

Наряду с изучением Китая Виктор Ульяненко занимается поставками в Россию промышленного оборудования. По его словам, с началом войны китайские поставщики стали затягивать поставки, а затем – просто отказываться. Ульяненко говорит, что китайцы, вероятно, стали опасаться, что в России оборудование начнут разбирать и использовать в нуждах военной промышленности.

– Речь идет о поставках станков, прессов, турбин, генераторов и так далее. Примерно месяца два назад китайцы стали проявлять осторожность: они начали спрашивать о том, двойного ли это оборудование назначения и где оно будет использоваться. Сперва было достаточно объяснить, что оборудование гражданское, будет использоваться только в гражданской сфере. Сейчас китайские поставщики хотят больше конкретики: где именно будет использоваться оборудование, для чего. Также много отказов в основном от частных китайских предприятий с долей иностранного капитала, которых в Китае довольно много. Сначала они говорили, что якобы сейчас много клиентов, есть технические трудности, а затем просто стали открыто отказывать в "связи с текущей международной обстановкой". Они, с одной стороны, боятся попасть под санкции, с другой – исполняют инструкции иностранных совладельцев. Могу сказать, что за последние несколько дней от поставок отказались четыре компании из Китая. Скажем так, просто пропали. Можно, конечно, предположить, что дело в пандемии коронавируса, например. Но мне почему-то кажется, что они не хотят работать с Россией, – говорит Ульяненко.

Производство батареек в Китае
Производство батареек в Китае

Китай напрямую не поддерживает санкции против России, однако вводит ряд ограничений, чтобы самому не попасть под вторичные санкции со стороны прежде всего США. Фактически китайские банки присоединились к антироссийским санкциям: 25 февраля два крупнейших банка страны – Industrial & Commercial Bank of China (ICBC) перестали выдавать аккредитивы для покрытия сделок с российскими сырьевыми экспортерами. Huawei заморозила поставки гаджетов с российскими ретейлерами, госкомпании PetroChina, Sinopec, Sinochem и SBOOC перестали покупать нефть, China UnionPay прекратила выдачу карт клиентам Сбера, ВТБ и Альфы, попавшим под западные санкции.

– Это вполне позиция руководства страны. Например, банковский сектор действует по рекомендации Народного банка Китая – аналога Центробанка, который рекомендует действовать с учетом международных санкций. Конечно, эта позиция официально нигде не афишируется, Китай старается об этом особо не говорить. Но на самом деле санкции со стороны Китая – это далеко не новость. В 2014 году у России тоже не было ожиданий, что Китай будет помогать. Китай действует прагматично. В КНР понимают, что попытка дать России окно в мир без санкций не найдет понимания со стороны международного сообщества. Учитывая, что Китай – часть мировой финансовой системы, он сильно зависит от мира, и вторичные санкции совершенно Китаю не нужны. Российский рынок для Китая – копейки. Прикрыть этот рынок хотя бы на время китайским компаниям ничего не стоит, тогда как последствия от санкций могут быть колоссальными. Это простая арифметика, – говорит научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир Темур Умаров.

Темур Умаров
Темур Умаров

"Китаю нужны более предсказуемые партнеры"

Летом 2022 года открылся мост между Благовещенском и китайским Хэйхэ, который планировали запустить в 2020-м, но не смогли из-за пандемии. Проект обошелся России в 14 млрд рублей, ещё 5 млрд вложила китайская сторона. При полной загрузке ежедневная пропускная способность моста составит 630 грузовых автомобилей, 164 автобуса и 68 легковых автомобилей. Мост стал частью китайского глобального проекта "Один пояс – один путь". При этом в первом полугодии 2022 года китайские инвестиции в российскую часть "Один пояс – один путь" сократились до нуля. Темур Умаров полагает, что КНР сократило вложения не из-за войны в Украине и санкций, а по причине смены подхода к крупным инвестиционным проектам.

– Когда проект только запустился в Казахстане в 2013 году, мы видели большое внимание, обещания в развитии крупных проектов. Теперь это все стараются переформатировать в менее масштабные проекты. Это очень хорошо видно на примере Центральной Азии, где за последние три-четыре года мы не видели ни одного крупного китайского проекта. У этого есть ряд причин. Во-первых, пандемия и последующий кризис, а также эффект от многочисленных скандалов, которыми сопровождались все большие китайские проекты. Например, в Центральной Азии все крупные китайские проекты закончились плохо для репутации Китая. Например, конфуз с Бишкекской ТЭЦ в 2018 году, когда станция перестала работать в разгар зимы, хотя буквально за несколько месяцев до этого ее модернизировала китайская компания. Примерно такой же скандал был вокруг легко-рельсовых путей в Алма-Ате, которые стоят недостроенными. Все эти инциденты привели к тому, что Китай начал переформатировать проект, чтобы найти его другое понимание, – говорит Умаров.

Мост Благовещенск – Хэйхэ
Мост Благовещенск – Хэйхэ

В 2015 году Китай также собирался построить высокоскоростную дорогу в Европу через Россию и Казахстан, однако проект также остался не реализован. При этом, по словам эксперта, с китайской точки зрения транспортные пути через Россию остаются для Китая приоритетными, хотя с 2014 года существует так называемый Транскаспийский транспортный маршрут в обход России через Азербайджан и Грузию.

– Этот проект подается как часть концепции "Шелкового пути", – говорит Темур Умаров. – Сейчас, насколько я знаю, по нему не идет и 10% грузопотока из Китая в Европу. Все-таки подавляющее большинство товаров пока что проходит по традиционному маршруту через Россию. Но действительно, с началом этой войны, началом антироссийских санкций, уходом многих компаний из России, отказом некоторых логистических компаний сотрудничать с российскими компаниями на Транскаспийский путь стали смотреть как на возможную альтернативу. При этом надо понимать, что его расширение требует больших инвестиций. К тому же если традиционный путь проходит через одну экономическую зону – Казахстан, Россия, Беларусь, это довольно удобно. А в составе Транскаспийского пути есть, например, Грузия, которая вообще далека от ЕАЭС, поэтому все несколько сложнее. То есть проект получит развитие лишь в тот момент, когда возить товар по этому пути станет выгоднее, несмотря на разные таможенные зоны и так далее. Пока что я отношусь к перспективам Транскаспийского пути скептически, потому что для его развития нужны инвестиции, а Китай сокращает инвестиции в подобные проекты. Пока непонятно, насколько он заслуживает дополнительных инвестиций.

Эксперты сходятся во мнении, что Китай в ближайшие годы не откажется от проекта "Один пояс – один путь", поскольку он важен лично для китайского лидера Си Цзиньпина.

– Этот проект является детищем Си, и пока он сохраняет свои посты, проект будет реализовываться, независимо от того, будет он Китаю более или менее выгоден. Я думаю, что участие в нем именно России будет сокращаться по сравнению с изначальными планами Китая. Будет сокращаться по простой причине – из-за "специальной военной операции". И будущее участие России будет зависеть от дальнейшего хода действий, от того, что будет дальше. Китаю нужны более предсказуемые партнеры. И попытка построить альтернативный путь в обход России также говорит об этом, – говорит Виктор Ульяненко.

Си Цзиньпин
Си Цзиньпин

"Надежд на Китай и не было"

На фоне визита в Тайвань спикера Палаты общин Конгресса США Нэнси Пелоси произошло внешнее сближение Китая и России: Владимир Путин назвал визит "провокацией" и поддержал концепцию "единого Китая", Пекин в ответ заявил, что такая позиция российского лидера – свидетельство сотрудничества. При этом эксперты полагают, что сближение – кажущееся, а КНР не пойдет на расширение контактов с Москвой "назло США".

– Я придерживаюсь мнения, что Китай – это прагматичное, логичное и пока еще предсказуемое государство. Ничего "назло" США они делать не будут, а будут делать лишь то, что выгодно им в данный момент, а также в перспективе. У Китая за плечами несколько тысяч лет политической жизни, поэтому мастерами "многоходовочек", как у нас говорят, являются как раз они. Поэтому делать что-то вне системного подхода, просто чтобы кому-то навредить, Китай не будет.

С января 2021 года по январь 2022 года отмечено 88 мер, применяемых основными торговыми партнерами ЕАЭС, которые могут оказывать ограничительное влияние на наш экспорт, говорят данные Евразийской экономической комиссии. При этом власти КНР ввели 26 ограничений против России, тогда как Евросоюз – шесть, а США – пять. Большинство ограничений со стороны Китая были связаны с политикой "нулевой терпимости" к COVID-19. Речь идет о санитарных мерах, когда КНР ограничили ввоз древесного угля, древесины, стройматериалов, одежды и обуви, мелкогабаритного оборудования. В конце 2021 года были закрыты трансграничные железнодорожные переходы Гродеково – Суйфэньхэ и Забайкальск – Маньчжурия, а также четыре из пяти автомобильных погранпереходов на российско-китайской границе.

При этом КНР может предпринять что-то, что может быть интерпретировано СМИ как поддержка России. Например, сейчас мы не видим, чтобы Китай присоединился к жестким антироссийским санкциям. Мы не видим, чтобы железнодорожные перевозки были ограничены, автомобильные – тоже не ограничены. Идут поставки. В нынешних условиях это можно считать поддержкой? Мне кажется, что да, и она, я думаю, будет продолжаться. Но почему она будет продолжаться? Не потому, что Китай делает "назло", а потому что ему выгодно, – считает Виктор Ульяненко.

С января 2021 года по январь 2022 года власти КНР ввели 26 ограничений против России, тогда как Евросоюз – шесть, а США – пять. В общей сложности отмечено 88 мер, применяемых основными торговыми партнерами ЕАЭС, которые могут оказывать ограничительное влияние на наш экспорт, говорят данные Евразийской экономической комиссии. Большинство ограничений о стороны Китая были связаны с политикой "нулевой терпимости" к COVID-19. Речь идет о санитарных мерах, когда КНР ограничили ввоз древесного угля, древесины, стройматериалов, одежды и обуви, мелкогабаритного оборудования. В конце 2021 года были закрыты трансграничные железнодорожные переходы Гродеково – Суйфэньхэ и Забайкальск – Маньчжурия, а также четыре из пяти автомобильных погранпереходов на российско-китайской границе.

17 августа в российском МИДе заявили, что торговый оборот между Китаем и Россией в 2022 растет "колоссальными темпами", а по итогам 2021 года он составил 140 млрд долларов. Главное таможенное управление Китая сообщило, что в январе- июле 2022 года товарооборот между Россией и КНР вырос на 29% в годовом исчислении – до 97,7 миллиарда. По итогам 2022 года страны договорились выйти на 200 млрд.

При этом товарооборот между Китаем и США только за первые два месяца 2022 года вырос на 12,3% и составил 123 млрд долларов, по итогам 2021-го он достиг 755 млрд, а рост составил больше 28%.

– Цифры говорят нам о том, что на отношения США и Китая все происходящее вокруг Пелоси повлияло мало, – говорит Виктор Ульяненко. – Китай устроил шоу с военными учениями, но США давно научились подстраиваться под китайские игры. В этом эпизоде каждый получил для себя выгоду. Американцы еще раз продемонстрировали приверженность принципам демократии, когда Пелоси посетила Тайвань. Китай – укрепил образ врага и еще раз показал населению, какой этот враг коварный. То есть противостояние между США и Китаем напоминает скорее не бокс, а настольный теннис: на самом деле никто вреда не получает, оба пытаются подыграть друг другу.

Нэнси Пелоси
Нэнси Пелоси

Можно ли по итогам полугода войны считать, что надежды на КНР как на союзника России оправдались? Мнения экспертов по этому поводу разделились.

– Да, Россия предполагала, что Китай сможет стать союзником, – говорит Ульяненко. – Условный россиян живет в плену иллюзий о некой дружбе, когда Китай ради нас будет готов снять последнюю рубаху просто потому, что мы друзья. В русском менталитете дружба – это когда человек чем-то жертвует. У китайцев совершенно по-другому: дружба – это по большей части взаимовыгодный процесс, по принципу "ты мне – я тебе". Да, я думаю, мы надеялись, что даже вопреки какому-то здравому смыслу Китай окажет военно-политическую поддержку. Но ожидания такие вообще не оправдались, потому что Китай продолжает жить так же, как и жил. Соображениями иррациональной дружбы там руководствоваться никогда не будут.

– У меня встречный вопрос: а были ли эти надежды на Китай как на союзника? – говорит Темур Умаров. – Мне кажется, когда Россия шла на войну, она не оглядывалась ни на кого. Решение основывалось лишь на собственных способностях противостоять санкциям, которые были бы введены в любом случае. Я думаю, в России не рассуждали так, что в случае чего нам поможет Китай. Россия в этом плане не наивна, думаю, 2014 год ее многому научил. Тогда китайский импорт не стал главным спасителем России. Есть обывательское представление о том, что мы сможем покупать китайские машины и так далее, не будем зависеть от Запада. Но это оборотная сторона пропаганды, которая пытается успокоить население, убедив людей, что не все так плохо. Но вряд ли в Кремле верят в пропаганду.

С 30 августа по 5 сентября Китай примет участие в учениях "Восток-2022", которые пройдут сразу на тринадцати полигонах в Приморском крае, Сахалинской области, Забайкальском крае и Еврейской автономной области. В маневрах примут участие российские части ВДВ, Дальняя и Военно-транспортная авиация, а также армии Индии, Таджикистана, Беларуси и Монголии. Армия КНР принимает участие в совместных с Россией учениях далеко не впервые: на территории России прошли "Саянский марш – 2021" и "Кавказ-2020", на территории КНР – учения под названием "Мирная миссия" в 2005, 2007 и 2009 годах.

– Думаю, это довольно рутинная история и ничего из ряда вон выходящего не происходит. Западу в данном случае бояться нечего, – говорит Виктор Ульяненко. – Тем более США уже отреагировали довольно безразлично, заявив, что проводить такие учение – право суверенного государства. Мы понимаем, что учения, как правило, проводятся для демонстрации чего-то, а не для отработки навыков. Прежде всего, это демонстрация населению стран, что эти страны едины в противостоянии Западу. Из этого сделают информационный повод условно для Первого канала, чтобы продать идею о военно-политическом партнерстве России с Китаем. То же самое в Китае, где аудитория падка на пропаганду, вероятно, даже больше, чем в России: мы вместе с Россией и Индией противостоим Западу. При этом на реальную военную помощь России Китай никогда не пойдет, потому что это прагматичная страна. Они, прежде всего, всегда спрашивают себя: а что я получу, если помогу России в войне с Украиной? И понимают, что не получат ничего.

XS
SM
MD
LG