Ссылки для упрощенного доступа

"А смысл плакать? Хоть заплачься"


Житель Ачинска Виктор Сибирин в инвалидной коляске добрался до столицы Хакасии Абакана. Чтобы преодолеть 450 км, ему потребовалось 8 месяцев подготовки в спортивном зале и 12 дней пути. Путешественник специально выбрал самый сложный маршрут и принципиально отказался от помощи попутных машин. Корреспондент издания "Сибирь. Реалии" встретил Сибирина в Абакане, чтобы узнать, на чем основан его железобетонный оптимизм.

"Зачем? Наверное, так надо"

С Сибириным мы встречаемся в Преображенском парке Абакана. Гость из Ачинска прибыл примерно час назад и только что сходил на службу в расположенный рядом Преображенский храм.

– Как я стал инвалидом? Поскользнулся, упал на кусок льда, – рассказывает Виктор. – Сломал позвоночник, да, прямо на улице. Ходить сразу перестал, там взрывной перелом позвонка был. Представляешь: парень, 185 ростом, 96 кг мышечной массы. Мне врачи так и сказали: был бы ты пьяным, либо жирным, то ничего бы не сломал. В суд не на кого не подавал, смысла не было. Мне тогда операцию сделали, я ходил. Потом еще сделали – еще лучше стал ходить. После третьей операции – перестал ходить. Год горизонтально лежал. И в итоге 14 операций у меня.

Было все, как у всех: период пьянства, период, когда о суициде были "думки", период, когда жене кричал "иди ищи нормального"

Видно, что 36-летний Сибирин занимается спортом профессионально. Несколько лет назад он попал в сборную Красноярского края по керлингу: поскольку в Ачинске как таковой базы для керлинга нет, периодически ездит тренироваться в Красноярск. Не так давно с командой ездил на чемпионат России по керлингу среди колясочников в Сочи. Также отучился на инструктора по передвижению на инвалидной коляске. Ходит в туристические походы, к примеру, в заповедник Столбы.

– Своей жене я очень благодарен, потому что, если бы не она, вот такого меня не было бы. Даже пока сюда ехал, она звонит, спрашивает, где еду. Я говорю, там-то и там-то. Она: "А почему так мало проехал?". Мотиватор самый лучший. Она и семью нашу сохранила, потому что у нас, у колясочников, есть такой момент, что мы пытаемся жен своих как бы отпустить. Чтобы они жили своей полноценной жизнью. У меня тоже такое было, но она не поддалась. Вообще, у меня было все, как у всех: период пьянства, период, когда о суициде были "думки", период, когда жене кричал "иди ищи нормального".

В заповеднике Столбы
В заповеднике Столбы

Раньше Виктор уже ездил на инвалидной коляске в соседний Боготол и в Красноярск. В Абакан решил отправиться, потому что это довольно сложный маршрут – во многих местах приходится ехать в гору. К тому же, хотелось искупаться на хакасских озерах.

– Если честно, каждый день были мысли – а не бросить ли это все. Конечно. Знаешь, как утром тяжело вставать? Причем встаешь всегда почему-то рано. И думаешь: "Витя, нафига тебе это надо, ну позвони, тебя довезут". Хорошо, что телефон сломался, а так бы позвонил, наверное. Да нет, шучу – не позвонил бы. А нафига мне это надо? Если честно, я сам не могу ответить на этот вопрос. Вот честно. Доказать себе, что я могу – да. Показать другим людям, что так можно – тоже да. Но вот так если в целом ответить, зачем – черт его знает. Наверное, так надо.

Керлинг
Керлинг

Впрочем, есть у этой поездки и еще одна цель.

Вот уже некоторое время Виктор через интернет собирает деньги на новую коляску. За два путешествия, нынешнее в Абакан и в Красноярск летом прошлого года, ему прислали около 100 тысяч рублей. Всего нужно 300 тысяч. Когда Сибирин ехал в Абакан, люди, узнав о сборе средств через социальные сети, сначала звонили путешественнику, а затем присылали деньги на счет. Звонки были из Иркутска, Калининграда, с Камчатки. Спортсмен говорит, кое-что уже собрал, но до нужной суммы еще далеко.

– Звонили, чтобы убедиться, что это в самом деле я, а не какие-то мошенники. Государство выдает коляски инвалидам, но под мой образ жизни такие коляски уже не подходят. Я их называю "восьмимясячные", потому что мне такой коляски хватает ровно на восемь месяцев. Дальше она разваливается. Нужна более современная модель: легкая и прочная. Плюс мне нужна индивидуальная модель. Потому что обычная коляска – это все равно, что носить не свой размер обуви. Я не могу сказать, что основная цель поездок – собрать денег на коляску. Это, конечно же, не так. Главная цель – проехать все на своих руках. А новая коляска – попутная цель, и спасибо всем, кто помогает.​

"Вылез на своей коляске…"

К поездке в Хакасию Виктор Сибирин готовился 8 месяцев: прокачивал руки в тренажерном зале по три-четыре часа пять раз в неделю, читал специализированную литературу. Планировал добраться до Абакана за восемь дней, но получилось за 12 с половиной.

– Если бы я заранее знал, что все будет настолько тяжело, я бы все равно поехал. Просто я бы срок скорректировал. Вообще, думаю, за 8-10 дней можно доехать, но по другой дороге, где едешь по прямой, а не в гору. На самом деле тяжело себя психологически подготовить. Ты же один поедешь, с собой один на один. Никто не подгоняет. То есть, если на "расслабоне" без настроя в горку, например, начал ехать – можешь и "потухнуть" сразу. Поэтому надо выбрать один темп, настроиться и работать. Критическими были третий день, шестой и девятый. Там обязательно высыпаться нужно было, потому что если не выспался, то уже дальше не поедешь.

Уберечь ноги от палящего солнца в пути не удалось
Уберечь ноги от палящего солнца в пути не удалось

​В день Виктор проезжал от 20 до 45 км. Трижды приходилось делать паузы из-за дождя: ехать по мокрой трассе почти невозможно и очень опасно, потому что коляску может "закинуть" под проезжающий автомобиль. Ночевал Сибирин в палатке, которую иногда ставил прямо на автобусных остановках. Питался в придорожных кафе, спортивное питание взял с собой. Уже в Хакасии новые колеса инвалидной коляски полностью стерлись. Пришлось заехать в Большую Ербу, чтобы поставить еще одни.

Кричит мне с машины: сидел бы дома, что ты тут катаешься? Вылез на своей коляске

– Вообще, сложно сказать, рассчитана ли коляска на такие расстояния. Потому что никто не пробовал такого. Есть люди, которые катаются по России, но им, как правило, все равно помогают. Кто-то все равно довозит. У меня план изначально подразумевал, чтобы проехать от начала и до конца на своих руках. Когда вот колесо пробил на развилке Большая Ерба и Знаменка (Боградский район Хакасии – прим. С.Р.), там кто только не останавливался. Даже колясочники знакомые ехали мимо: "Витюха, давай довезем". Но отказался, потому что иначе весь смысле затеи потерялся бы. Предлагали помочь очень много раз, но два-три раза было: что ты здесь ездишь? Кричит мне с машины: сидел бы дома, что ты тут катаешься? Вылез на своей коляске… Я говорил: дружище, если тебе что-то не нравится, выйди из машины, скажи мне в глаза.

"Дикая действительность? Какая есть"

– Ваше такое путешествие может как-то вдохновить других инвалидов, как вам кажется?

Есть инвалиды, которые привыкли к дому, к заботе, а есть "отмороженные", типа меня

– Ну, может кто-то из них жопу от дивана оторвет. Есть же много инвалидов, кто сидит дома и ничего не делает. На самом деле таких очень много. Вокруг них мама, папа, сватья, братья вьются. Ну ты двигайся, пойди в зал сходи! Они просто сидят и жалуются на судьбу, что вот, мы такие бедные, несчастные, никто не помогает. А кто тебе поможет, если ты сам ничего не делаешь? Есть инвалиды, которые привыкли к дому, к заботе, а есть "отмороженные", типа меня. Которые чуть что, уже куда-то мчатся. И мы, "отмороженные", показываем пример домашним, которые сидят и всего боятся, которых, конечно, большинство. Это надо менять.

– А как ему не бояться окружающего мира, если он в парикмахерскую даже не может сходить?

– Найди парикмахерскую, в которую ты можешь заехать, – отвечает Виктор. – Я готов поспорить, что, если я город объеду, я найду хоть одну такую. Просто надо что сделать? Поездить. Взять и научиться ездить. В Красноярске есть хлопец. У него до поликлиники было два бордюра. Он ездит на коляске с электроприводом, заехать на бордюр он никак не может. Смысл кому-то что-то писать? Он, кстати, и писал, но в любом случае, это долгий процесс. Он взял зубило, взял молоток и начал рубить. У него два дня ушло на то, чтобы срубить две бордюрины и сделать скат. Дикая действительность? А какая есть. Я не могу сказать, что все плохо прямо. Все нормально. Я вот пошел в администрацию нашу, там выделили немного средств мне на поездку. Сколько выделили? Пять тысяч – тоже деньги, извини.

Сибирин привык все делать сам. На привычке во всем полагаться только на себя и свою семью и держится его железобетонный оптимизм.

– А смысл ныть, плакать? Хоть заплачься. Надо жить просто и все. Дышать полной грудью, тем воздухом, который есть, – говорит он.

"У нас Олимпийским чемпионат квартиры не дают"

Сибирин работает оператором электронно-вычислительной машины в районной больнице Ачинска. Получает минимальную зарплату, потому что по закону инвалидам нельзя работать больше определенной нормы. Подрабатывать официально тоже нельзя. С женой они обеспечивают двоих дочерей, которые серьезно занимаются спортивными бальными танцами.

– Сейчас в Красноярске классно ездить. Там все есть, но это к Универсиаде сделали. Бывает, конечно, либо бордюр, либо еще какое-то препятствие, но в целом – классно. В Ачинске с этим сложно, но боремся, бодаемся. Фотографии возишь в администрацию, мол, ребята в этом месте надо сделать проезд. Они – да, да, да, да… Когда делают, когда – нет. С магазинами тоже сложно.

У Виктора квартира на пятом этаже. Чтобы зайти домой ему нужно примерно 40 минут: спрыгивает с коляски, привязывает к себе специальную подушку и поднимается по ступеням сидя, отталкиваясь руками. Сложенную коляску тащит за собой. Если кто-то соглашается помочь с коляской, дело движется в несколько раз быстрее.

Я тоже сколько просил, сколько писал – бесполезно. То подъезд не той конструкции, то еще какая-то заморочка

– Пробелов в законе очень много. У нас же на установку пандуса могут выделить деньги только из общедомовых средств. Вот тебе, жильцу, скажем предложат: вот этому чуду поставить пандус на 5 этажей за 350 тысяч или крышу закатать? Что ты выберешь? Пандус? Да ладно, если у тебя сверху будет бежать, ты выберешь всегда крышу. Я бы выбрал крышу. Видишь, какая вещь. А других денег нет и, скорее всего, нет.

В продолжение разговора рассказываю историю, как один знакомый колясочник попросил у ТСЖ поставить в подъезде пандус, а после отказа специально спускался с третьего этажа на полной скорости: в подъезде стоял оглушительный грохот, но на претензии соседей инвалид отвечал, мол, все вопросы в ТСЖ.

– Я тоже сколько просил, сколько писал – бесполезно. То подъезд не той конструкции, то еще какая-то заморочка – их там много. Поэтому отказали. Говорили, что лицензированный пандус дорого стоит, а нелицензированный – нельзя ставить. Кого-то убьет, задавит якобы. Да что говорить – олимпийским чемпионам квартиры не дают, а ты хочешь, чтобы нам простым смертным что-то давали. Да ну!

В Абакане Виктора Сибирина встретил, а потом и проводил, друг – тоже колясочник. Люди на колясках вообще помогают друг другу с большой охотой. В Ачинск путешественник вернулся уже на поезде. Теперь он хочет документально зафиксировать пройденный маршрут, чтобы по возможности претендовать на один из мировых или российских рекордов. Ранее Сибирин говорил, что хочет доехать до Байкала, но после путешествия в Хакасию о планах говорить не спешит. Нужно отдохнуть, к тому же, в 5 утра 22 июля он приехал обратно в Ачинск, а к 8 утра – снова пошел на работу в поликлинику.

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG