Ссылки для упрощенного доступа

"Люди задыхаются, но их бросают дома!" Российские медики – о дефиците лекарств и мест в больницах


Машина скорой помощи, архивное фото

Скорой помощи в Иркутской области и Бурятии некуда госпитализировать пациентов с симптомами коронавируса – госпитали переполнены. В итоге даже тяжелых задыхающихся больных медикам приходится оставлять дома. Врачи жалуются на дефицит лекарств и неработающие рентген-аппараты и КТ. А в Алтайском крае и Забайкалье – на острую нехватку сотрудников и неподъёмную нагрузку на оставшихся врачей – их коллеги накануне третьей волны коронавируса уволились из-за низких зарплат.

200 машин – в очереди!

Фельдшер БСМП Иркутска Валентина Монхороева
Фельдшер БСМП Иркутска Валентина Монхороева

– Люди задыхаются, у них сатурация 80–85%, а бригады скорой помощи вынуждены бросать их, оставлять их дома. Потому что везти некуда! Ни в одной из больниц Иркутска нет мест. Хотя по всем показаниям это тяжелые больные – им госпитализация нужна, под кислород, – сотрудница БСМП Иркутска Валентина Монхороева (раньше работала в бригаде скорой помощи, сейчас – в диспетчерской) записала видеообращение к губернатору области с требованием решить проблему с коечным фондом. – Накануне 200 машин в очереди стояли, 200(!). Была бы я в бригаде – поехали бы прямо к зданию администрации. Куда-то же надо больных везти.

Её слова подтверждают сами пациенты – по их словам, дефицит коечного фонда в ковид-госпиталях стал очевиден еще месяц назад, когда жителей Иркутска госпитализировали в больницы соседнего Ангарска и других городов.

– Меня повезли из центра Иркутска в соседний Шелехов, острая фаза спала – долечиваться повезут в Ангарск. И это мне повезло – две недели под кислородом провела, нашлось место. Сейчас все переполнено настолько, что в больницу просто не попадешь, – говорит переболевшая новым штаммом коронавируса медсестра Ольга Алексеева.

Лекарств нет, аппараты нерабочие

Анестезиолог-реаниматолог ЧУЗ "КБ "РЖД-Медицина" Светлана Бурим
Анестезиолог-реаниматолог ЧУЗ "КБ "РЖД-Медицина" Светлана Бурим

По словам анестезиолога-реаниматолога клинической больницы "РЖД-Медицина" Светланы Бурим, резко выросшая нагрузка на ковид-госпитали сказалась и на остальных больницах: туда везут в 3–4 раза больше пациентов, чем обычно, и персонал не справляется – штат был укомплектован лишь наполовину еще до третьей волны коронавируса.

– Сейчас такая вспышка, массовая заболеваемость суточная высокая. Многие мои коллеги, кто работает в красной зоне, отмечают, что сейчас тяжелее протекает третья волна, больше молодых, чаще осложнения, чаще умирают. Все больницы перегружены просто до предела. В тяжелом и среднетяжелом состоянии пациентов госпитализировать некуда – в течение последней недели все больницы, которые возможно, переоборудованы в коронавирусные госпитали, – говорит анестезиолог-реаниматолог ЧУЗ "КБ "РЖД-Медицина" Дмитрий Малых.

По словам Малых и его коллег, оснащение больницы ситуации не соответствует.

– Компьютерной томографии у нас нет в отделении, где мы работаем. А мы работаем с хирургией живота, с травмами по гинекологии, где КТ – почти что 80% диагноза. Мы работаем по старинке – УЗИ, пощупать, посмотреть, постучать, послушать. Реально, как в начале ХХ века! КТ есть только в другом отделении нашей больнице – а оно находится на другом конце Иркутска! Я здесь работаю около трех лет, аппарата за это время не было. Говорят, раньше был аппарат, но то ли он сломался и на его починку нет средств, то ли ремонт так дорого выходит, что проще новый купить, но и на новый денег нет. Рентгена у нас нет нормального: используем старинный списанный аппарат переносной – мало того, что он "фонит" как ядерная бомба, только так "летит" радиация, он еще и делает низкокачественные снимки, на которых нет возможности разглядеть все, что обычный рентген позволяет.

Медики также жалуются на перебои с лекарствами, из-за которых умирают пациенты.

Анестезиолог-реаниматолог ЧУЗ "КБ "РЖД-Медицина" Дмитрий Малых
Анестезиолог-реаниматолог ЧУЗ "КБ "РЖД-Медицина" Дмитрий Малых

– Дефицит лекарств всегда присутствовал, даже до коронавируса. А официально все отчеты говорят, что у нас есть лекарства – все нормально. Возьмем препарат, который назначается при желудочном кровотечении – японский Дексилант – блокатор протонной помпы. Он действует на слизистую желудка, блокируя синтез соляной кислоты, тем самым предотвращая язвообразование. Этот препарат – единственный с подтвержденной эффективностью при желудочно-кишечных кровотечениях. Но у нас заменитель этого препарата. Из последних указаний главного врача: дорогостоящие препараты, которые оказывают лечебное воздействие на печень – Гептрал, например – их нужно заказывать на каждого конкретного пациента по рапорту. Антибактериальные препараты, антибиотики дорогостоящие – тоже по рапорту. А если ночью поступает пациент, мы где должны взять антибиотик? Среди ночи поднять провизора или среди ночи писать рапорт, отправлять руководству на подпись? – возмущается Малых. – Иногда спасаемся тем, что на одного пациента выписали препарат на 2–3 дня вперед – из этого запаса берем. А когда такого пациента нет? На следующий день только получаем лекарство, иногда слишком поздно. А бывает и так, что вообще никаких препаратов нет на складе или у провизора.

Без выходных

– Нагрузка запредельная двойная, а то и тройная, – делится реаниматолог Дмитрий Малых из хирургии дорожной больницы Иркутска. – Потому что на больницу повесили экстренные дежурства – четыре рабочих дня. То есть понедельник, вторник, четверг и пятница всех экстренных больных везут к нам, когда у нас на плановые операции дефицит кадров. С учетом того, что мощность нашей больницы довольно скромная: реанимационное отделение всего на 6 коек. Мы просто захлебываемся! В штате в отделении работает 6 врачей: сейчас один врач заболел коронавирусом, коронавирусом заражены доктор-травматолог и медсестра-анестезист (потому что дезинфекции толком нет – коронавирус обнаружили, сотрудника отстранили, полы помыли – и вперед, положили нового пациента; ПЦР-тесты всем врачам сделали 1(!) раз). И отделение у нас продолжает функционировать – никаких карантинных мероприятий, только масочный режим. "Без проблем, все отлично!" – наверх докладывают.

По его словам, в его филиале больницы нагрузка на медперсонал превышена минимум в 3 раза.

– В день бывает две-три плановые операции, потом доктор остается в ночь дежурить, и на него попадают экстренные дежурства и хирургические операции, которые проводятся в ночное время, в вечернее, ранние утренние часы до 8 утра. В итоге может быть 6–8 операций, начиная от гинекологии и заканчивая гнойной хирургией. Бригад хирургов в больнице 3, а анестезиологов всего двое – в итоге мало того, что ты двое суток подряд можешь такой план выносить, в какой-то момент ты понадобишься на двух операциях одновременно! Конечно, это опасно, это реально какое-то короткое время (в ожидании найма новых сотрудников), но это длится уже больше года! – утверждает Малых.

Наталья Булутова, кардиолог из Бурятии, до и после смены в "красной зоне"
Наталья Булутова, кардиолог из Бурятии, до и после смены в "красной зоне"

– Хочу донести правдивую и важную информацию. Вероятно, вы уже слышали, что в настоящее время не хватает врачей и медицинских сестёр, несмотря на то что мы работаем без выходных, объём работы не уменьшатся. Количество заболевших COVID-19 также не уменьшается. Мы уже несколько недель работаем без выходных, и прогнозов на уменьшение работы нет, – рассказывает врач-кардиолог из Бурятии (на прошлой неделе из-за резкого ухудшения ситуации с COVID-19 в республике ввели локдаун) Наталья Булутова. – Каждый день я встречаю пациентов, которые 24 часа в сутки нуждаются в подаче увлажнённого кислорода из баллонов, от этого кислорода зависят их жизни. Моё сердце сжимается, когда я вижу низкий уровень сатурации (уровень кислорода в организме) у пациента. Так проявляется дыхательная недостаточность.

По словам Булутовой, чтобы привлечь внимание к проблеме дефицита медперсонала (работать в таком режиме еще несколько недель, по словам медиков, невозможно), она опубликовала на своей странице в соцсети два своих фото "до и после" дежурства в "красной зоне" ковидного госпиталя, отметив в публикации главу республики и Минздрав региона.

Санитар больницы №5 в Барнауле Николай рассказывает, что в Алтайском крае с резким ростом числа пациентов сложилась похожая ситуация. Только она усугубляется еще и тем, что медикам стали сокращать надбавки за работу в "красной зоне".

– Условия труда, в которых мы начинали работать год назад, очень сильно изменились по сравнению с тем, что происходит сейчас. Если бы нам сообщили заранее, что нам срежут оплаченные часы (в сравнении с отработанными), мы бы перестроили график и все – работали бы не как реанимация сутки через сутки, а сутки через двое. Мы бы адекватно это восприняли – меньше поработаем, меньше заплатят. Здесь же ситуация получилась такая, что весь месяц отработали, а по факту заплатили меньше – просто срезали часы, которые мы отработали. Обида именно в этом. Представьте, у нас первая пульмонология: лежат тяжелые пациенты, у которых легкие поражены от 50% и более. То есть они все лежачие, они не могут без кислорода дойти даже до туалета. Хотя мы не реанимация, мы обычное отделение, и у нас нет надбавок за реанимацию или за интенсивность. Представьте, у меня в отделении сейчас занято 40 коек, то есть лежит 40 пациентов, на эти 40 пациентов я один санитар – это нереально! 40 памперсов всем поменять, лекарство раздать, плюс к этому мыть полы, мыть коридоры, дезинфицировать помещения, стены обрабатывать, белье постельное дезинфицировать. Помимо этого еще возить на КТ или в барозал. А начинали мы с двух санитаров на 40 человек. То есть нагрузка выросла вдвое. А зарплата упала с 80 до 50 тысяч рублей.

В Забайкалье, по словам его коллеги Натальи Меркуловой, ситуация аналогичная, но вызвана другими причинами.

– В конце прошлого года примерно половина медперсонала у нас уволилась. В сравнении с другими регионами зарплаты у нас отличаются в 2–3 раза. Понятно, не в лучшую сторону. Вот народ и снялся с мест. В итоге такого сильного роста тяжелых больных, как в Приангарье или Бурятии, у нас нет, но на фоне дефицита кадров мы не справляемся. Также по 1 врачу и 1 санитару на целое отделение!

В минздравах всех четырех регионов редакции ответили, что пресс-служба не уполномочена давать устные комментарии и нужен письменный запрос. На запросы ответов нет.

Фельдшеру из Иркутска Валентине Монхороевой после ее прямого эфира в соцсетях с запросом к властям области что-то сделать с дефицитом коечного фонда позвонили из Минздрава региона.

– Сказали: "Не накаляйте обстановку!". То есть меня услышали, они все знают, но делать с проблемой ничего не будут, – возмущена медработник.

Публичный отклик властей получило только обращение медика из Бурятии. Вскоре после поста Натальи Булутовой с фото "до и после" смены в "красной зоне" глава Бурятии Алексей Цыденов сделал заявление о том, что в сутки в Бурятии на пациентов уходит почти 20 тонн кислорода. Тем не менее никаких изменений в штате медучреждений или количестве ковид-госпиталей, по информации кардиолога, в республике не произошло.

Вот уже месяц в России идет очередной подъем заболеваемости коронавирусом. За последние сутки в стране выявили 25 142 новых случая заражения – это максимум со 2 января. Пиковые значения предыдущей волны пришлись на последние числа декабря, когда ежедневно фиксировали более 29 000 заражений.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на "Эхе"

XS
SM
MD
LG