Ссылки для упрощенного доступа

"Это просто ужас и ощущение бесправия"


С недавних пор такое происходит в разных городах Сибири. Люди приходят в офис и видят глухую стену на месте входа, там, где ещё вчера была дверь. На днях в Кемерове был забетонирован вход в клуб альпинистов. В Красноярске известно уже несколько случаев, когда бизнесмены вынуждены были проникать в собственные помещения через окно.

"Замуровали, демоны"

10 июня в Красноярске судебные приставы замуровали свадебное агентство. Суд постановил вернуть в первоначальный вид фасад дома, где располагается офис. Постановление было исполнено. Но приставы посчитали исполнение недостаточным и заложили кирпичом единственный вход. Теперь офис не пригоден для работы. Как оказалось, подобным образом в Красноярске ведут борьбу с малым бизнесом уже не в первый раз.

Светлана Ибрагимова
Светлана Ибрагимова

​Известная в Красноярске владелица свадебного агентства "Праздник" Светлана Ибрагимова в 2012 году купила помещение в центре города, чтобы разместить там бизнес. Помещение находится на первом этаже жилого дома. Прежний собственник в 2009 году перевел его в статус нежилого и сделал перепланировку: французские окна в пол и вход с улицы. Перепланировка была согласована с администрацией города, помещение имело технический и кадастровый паспорт. Но вскоре свадебный бизнес столкнулся с проблемами.

– После того как мы с Игорем, моим мужем, обустроились на новом месте, к нам зашла председатель дома и сообщила, что мы должны заплатить за крыльцо, которое стоит на общедомовой территории, – рассказывает Светлана Ибрагимова. – Мы не стали давать деньги на руки, а заключили договор с управляющей компанией этого дома. Нам выставили счет, и мы ежемесячно платили по квитанциям за то, что пользуемся общедомовым имуществом. Но вскоре мы узнали, что на нас подала в суд одна из жительниц дома, которая заявила, что из-за перепланировки в ее квартире промерзают углы, что перепланировка была выполнена без согласия жильцов дома, а значит, является незаконной. И потребовала вернуть помещению прежний вид. Но эта перепланировка была сделана 10 лет назад! Еще прежними владельцами помещения. Почему жаловаться на нее жильцы стали только сейчас?!

Фасад дома до приезда судебных приставов
Фасад дома до приезда судебных приставов

Владимир Кашин, житель дома по ул. Горького, 33, который выступает в суде от имени своей супруги Валентины – она и подала в суд на Ибрагимову – так комментирует эту историю:

– Я живу в этом доме с 1971 года. Наша квартира находится прямо над свадебным салоном. И нам не нравится то, что в результате перепланировки в помещении салона нарушены основы нашей безопасности. Там снесены несущие стены, в результате чего у нас нарушена динамика отопительной системы и промерзают углы, собирается конденсат. Нам сразу же не нравилась эта перепланировка, но мы ничего не могли сделать.

Инженер Муниципальной управляющей компании "Красноярская", отвечающий за дом по улице Гоголя 33, Алексей Гусев говорит, что больше никто из жильцов этого дома на салон не жаловался:

– У меня нет информации, повлияло ли ведение бизнеса Ибрагимовой на ухудшение качества жизни жителей этого дома. Каких-то критических ситуаций в техническом плане с этим домом в данный момент нет, по поводу промерзания углов нужно смотреть зимой. Конфликт там действительно затяжной. И я считаю, что обоим сторонам сейчас нужно не впадать в крайности, а пытаться договориться, все можно решить путем разговора.

Суд, тем не менее, вынес постановление: демонтировать крыльцо, ограждения крыльца и внешний кондиционер, а также восстановить оконные проемы. Бизнесмены выполнили предписание суда. Но судебные приставы не закрыли дело. Они наняли подрядчиков, которые заложили кирпичами единственную дверь в агентство, сделав из нее, как и было прежде, окно. Вход из подъезда был заложен ещё раньше, так как, согласно законодательству, в нежилое помещение нельзя входить из подъезда. Исполнители не реагировали на доводы, что они перекрывают единственный вход, и теперь попасть в помещение будет невозможно вовсе. Светлана вызвала милицию, патруль приехал, посмотрел и со словами: "Обращайтесь в суд" уехал.

По словам Николая Зверева, начальника отдела судебных приставов по исполнению исполнительных документов, суд распорядился восстановить фасад дома, а это подразумевает ликвидацию двери.

Судебный пристав входит в свадебное агентство через окно
Судебный пристав входит в свадебное агентство через окно

– Мы действовали в рамках исполнительного документа, – объясняет Николай Зверев. – Обеспечивать вход в помещение мы не обязаны, в решении суда об этом ничего не сказано. Теперь эта забота должна лечь на плечи собственника.

Приходят некие люди и предлагают решить проблему за 1 миллион рублей. Если владелец отказывается, на него "натравливают" жильцов

– Но это абсурд! – возражает Светлана. – Очевидно, что в таком виде пользоваться офисом невозможно. Не наша вина, что прежний собственник сделал перепланировку без согласия жильцов. Непонятно, почему они заявили о своем нарушенном праве только сейчас, через 10 лет после ремонта? Неужели не видели тогда, что ведутся работы? Вывод, на мой взгляд, простой: помещение именно сейчас кому-то понадобилось, и нас хотят выжить, используя жильцов. В Красноярске это не единственный случай. Схема работает так: есть проблемное помещение, например, как у нас – без 100-процентного согласия жителей дома. Приходят некие люди и предлагают решить проблему за 1 миллион рублей. Если владелец отказывается, на него "натравливают" жильцов. Сложно представить, что у пожилых людей есть возможность платить за суды, а у нас их прошло немало. После исполнения судебного решения офис становится не пригодным для использования, владелец вынужден продать помещение за копейки. А затем это помещение, но уже с "исправленными" документами, перепродают гораздо дороже – это же центр города, "лакомые кусочки".

"Мне плевали в лицо, а адвоката ударили лопатой"

Подобные истории рассказывают и другие красноярские бизнесмены. Татьяну Горбатенко, точно так же заставили демонтировать крыльцо, а затем вынудили переехать в другое место. Сейчас ее помещение пустует, продать его она не может.

– Я купила квартиру под офис, чтобы организовать изготовление суши на вынос, – рассказывает Татьяна Горбатенко. – Пока делала ремонт, жильцы заходили и доброжелательно вполне спрашивали, как дела. Потом ко мне обратились незнакомые люди и предложили продать помещение. Я отказалась, и после этого домовые активисты вдруг подали на меня в суд с требованием вернуть фасад дома в прежнее состояние. Пока шли заседания, эти активисты мне буквально не давали проходу. Доходило до личных оскорблений, пожилые люди возраста моих родителей плевали мне в лицо, вырывали из рук бумаги. Моего адвоката, который пытался с ними договориться, ударили по спине лопатой. В итоге мне пришлось демонтировать крыльцо, вход и прекратить работы. Сейчас помещение стоит пустое. Продать его я не могу, как только приходят покупатели, жильцы сбегаются и говорят всякие гадости. Думаю, что меня хотят вынудить уступить его за бесценок. Но я на это не пойду.

– У нас медицинский центр на правом берегу Красноярска, тоже на первом этаже жилого дома, – рассказывает врач-бизнесмен Игорь Соломатов. – Пятнадцать лет мы работали спокойно. А несколько лет назад начались проблемы. Председатель дома стала намекать нам, что мы должны платить за рекламу центра, которая висит на стене дома, мол, это не только наша стена, а общедомовое имущество. Мы, конечно, отказывались, там просто баннер бумажный, он никому не мешает. Но нападки повторялись, пошли жалобы на нас в различные инстанции, вдруг за электроэнергию пришли громадные счета, якобы мы не вовремя сделали поверку счетчиков. Мы не стали вести войну, просто убрали рекламу, закрыли центр и теперь работаем "втихую".

Многие предприниматели, купившие помещения, оказались вне правового поля. Стала расцветать коррупция и обыкновенное рейдерство

Директор компании "Стройразвитие" Виктор Шнитко считает, что это системная беда, которая возникла несколько лет назад из-за несовершенства законодательства.

– Чаще всего проблемы возникают у бизнесменов, чьи офисы располагаются на первых этажах жилых домов в центре города, так как они довольно привлекательны, – говорит Шнитко. – Администрация Красноярска не дала четкого ответа, что такое перепланировка, а что такое реконструкция. В результате чего многие предприниматели, купившие помещения, оказались вне правового поля. Стала расцветать коррупция и обыкновенное рейдерство. В случае перепланировки нужно собрать согласие 2/3 жильцов дома и соседей, которые живут по обе стороны. При реконструкции же необходимо получить 100-процентое согласие, а это в принципе невозможно. Поэтому никто этого не может сделать. Если признается, что была проведена реконструкция (а так почему-то происходит чаще всего), помещение автоматически оказывается вне закона. А это значит, что владельца можно запугивать. К людям приходят и предлагают решить проблему за деньги. Кто-то тихо-мирно платит и работает, кто-то продает и ищет другие помещения. Светлана Ибрагимова первая, кто сказала об этом открыто и привлекла внимание общественности. В свое время мы обращались с этой проблемой и к бывшему мэру Эдхаму Акбулатову, и в градостроительный департамент, но все бесполезно. Надеялись, что новый мэр Сергей Еремин нас услышит, но пока этого не произошло. А проблема общегородская, и решить ее можно только за столом переговоров всем вместе: чиновникам, застройщикам и бизнесменам.

С этим согласен и председатель правления "Краевого Союза малого предпринимательства" Виталий Бондарев.

– Ко мне уже приходили люди с подобными жалобами, – говорит Бондарев. – Были случаи, когда двери предпринимателей на первых этажах заливали краской, вредили другими способами. Единственное, чем я могу им сейчас помочь, – вынести информацию в общественное поле. К сожалению, на этой ситуации кое-кто просто зарабатывает – приходят и угрожают конфликтом с жильцами, если бизнесмен не будет платить.

Светлана Ибрагимова занимается свадебным бизнесом уже 25 лет. Но сейчас, буквально уткнувшись в глухую стену, она впервые задумалась о том, что бизнес, возможно, придется сворачивать и уезжать из Красноярска.

Фотография на память о свадебном бизнесе
Фотография на память о свадебном бизнесе

– До того, как начался этот абсурд, мы искали новые формы развития нашего бизнеса, хотели проводить
свадьбы для людей с ограниченными возможностями – уже провели одну церемонию для глухонемой пары. Но все наши планы рухнули в одночасье, – говорит Светлана. – Сейчас нас с мужем держат обстоятельства, в которые мы оказались втянуты. И пока мы не распутаем паутину этого спрута, уехать не сможем. В последнее время вести бизнес в Красноярске становится почти невозможно, даже по сравнению с другими городами России. Это просто ужас и ощущение бесправия. Предприниматели разбегаются кто куда. Я разговаривала с коллегой, которая уехала заниматься организацией свадеб в Черногорию. Она говорит, что только недавно перестала вздрагивать по ночам и каждый день ожидать новых "наездов". А первое время в Европе вела себя как ежик, который в любой момент готов защищаться.

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG