Ссылки для упрощенного доступа

"Могут повязать и за тишину!" Хабаровские журналисты запустили "молчаливые эфиры" против репрессий


Протестный митинг в Хабаровске
Протестный митинг в Хабаровске

Независимые хабаровские журналисты решили работать в новом формате. Многие из них уже прошли через задержания и аресты, получили большие штрафы за освещение протестных акций. Суды не признают их пресс-карты и редакционные задания и судят их как участников протеста. Теперь журналисты решили вести прямые трансляции протестных акций в YouTube без каких-либо собственных комментариев, чтобы у полиции не было дополнительного повода привлечь их к ответственности в очередной раз. "Молчаливые эфиры", по их мнению, рассказывают о происходящем в городе даже более выразительно.

Шествие в Хабаровске
Шествие в Хабаровске

"Последняя капля"

– Первый такой "молчаливый эфир" на "месте силы", в центре города провела Кристина Грицаенко на YouTube-канале "Занавес Хабаровск" 12 марта. Такие эфиры – наш символичный ответ на репрессии против журналистов. Место силы в Хабаровске – опасное место. Если тут собирается больше двух человек, их обычно задерживают за массовое публичное мероприятие. Причем задерживают и протестующих, и журналистов, – говорит журналистка "Просто газеты" Татьяна Хлестунова, уже отсидевшая за освещение протестных акций в Хабаровске 13 суток (позже краевой суд принял ее апелляцию и отменил приговор; на сегодня в Хабаровске только по двум журналистам районные суды прекратили производство и признали их сотрудниками СМИ).

"Последней каплей", спровоцировавшей журналистов на "молчаливые эфиры", они называют жесткий приговор протоиерею Андрею Винарскому: 10 марта Центральный районный суд Хабаровска арестовал священника на 20 суток за неоднократное нарушение правил участия в митингах. Винарский объявил голодовку в знак протеста против незаконного, по его мнению, преследования.

Его задержали 9 марта, составив на священника протокол о неоднократном нарушении правил участия в митингах из-за акции 18 января. 12 марта стало известно о том, что Биробиджанская епархия отстранила Винарского от должности настоятеля прихода Свято-Никольского храма из-за его "осуждения за участие в митингах" и уже назначила нового настоятеля. Андрей Винарский работал в приходе поселка Николаевка в Еврейской автономной области. Пока шли шествия в поддержку арестованного экс-губернатора Хабаровского края Сергея Фургала, он специально возвращался по вечерам в Хабаровск, чтобы в них участвовать. Перед арестом он сообщил редакции Сибирь.Реалии, что в акциях жителей края "не участвовать не мог".

Священник Андрей Винарский, журналистка Татьяна Хлестунова и Екатерина Бияк, журналистка проекта Activatica.org
Священник Андрей Винарский, журналистка Татьяна Хлестунова и Екатерина Бияк, журналистка проекта Activatica.org

– Но 18 января, когда Винарский, по мнению силовиков, нарушил закон, в Хабаровске вообще не было протестной акции. Просто несколько человек стояли, общались на площади. Но у нас (в Хабаровске. – СР) теперь если больше двух человек на площади Ленина вечером или в субботу днём собираются, силовики объявляют это несанкционированной акцией и требуют разойтись. Снимают на камеру и потом задерживают, – поясняет Хлестунова. – Потому мы сейчас и выбрали такой формат – журналист ведет эфир с площади один и молча.

Ее коллега Екатерина Бияк, журналистка проекта Activatica.org, добавляет, что так корреспондента нельзя будет привлечь "ни за информационное вещание, ни за аналитическое".

– Разве что развлекательное вменить, – шутит Бияк. – Но на фоне того, что коллег уже задерживают за то, что они отвечают на вопросы других журналистов в чужих эфирах, или за то, что просто пересекли эту площадь из одного конца в другой (меня как-то при подобных обстоятельствах и задержали), или вообще у дома хватают, как Бориса Жирнова – я не удивлюсь, если и за тишину в эфире повяжут! У нас же всех журналистов, кто освещал протест, по карусели (серия задержаний и судов с арестами и штрафами по акциям за разные даты. – СР) пустили. Ни пресс-карты, ни редакционные задания судьи не признают. На сегодня краевой суд только в двух случаях отменил приговор за участие в протестах, назначенный журналистам – мы смеемся, что только двух из нас признали настоящими корреспондентами.

В нынешних условиях, когда любое слово может быть истолковано против СМИ, когда журналисты не могут безнаказанно передавать честную информацию, а их присутствие на общественно значимых мероприятиях расценивается как преступление, мы расширяем границы развлекательного формата. Молчание в эфире позволяет зрителям самим развлечь себя и домыслить происходящее. Прямая трансляция, без какого-либо монтажа, показывает, что немонтированная реальность и есть правда, которую невозможно ограничить.

Екатерина Бияк, журналистка проекта Activatica.org
Екатерина Бияк, журналистка проекта Activatica.org

– Насколько реальна для вас угроза задержания сейчас?

– Она очень реальна, поскольку начались возбуждения дел уже по вымышленным акциям. Я про 18 января – это был день после прилета в Россию Навального, для Хабаровска день обычный, но вот уже четвертый протокол на моих коллег составляется именно за якобы участие в ней, хотя в тот день люди просто прогуливались по площади. То есть они начинают фальсифицировать дела на основании акций, которых в принципе не было! Широкое поле!

Но, во-первых, задержания, суды и камеры мы уже прошли и пережили, угроза этого уже не пугает. А во-вторых, я не для того в 2002 году выбирала профессию, чтобы сейчас уходить в продавцы, к примеру. Свобода слова для меня не пустой звук, и профессию свою я очень люблю и ценю за то, что она дает возможность (по закону) находиться в любой точке моей страны (без оружия, без агрессии) и передавать объективную информацию.

– Как эти задержания и суды сказались на общем настроении жителей?

– Есть ощущение тотального напряжения, что неудивительно, ведь на митинги выходил практически весь город. А значит, что угроза оказаться в изоляторе, а потом в суде висит над каждым (если не его самого задержат, то его родственника или друга). Поэтому и люди не рискуют сегодня выходить протестовать открыто – нет, они нередко проводят одиночный пикет, но прихода полиции не ждут, лица закрывают: быстро делают фото, чтобы передать его активистам и журналистам, и сворачивают плакат.

"Ни в коем случае не зря!"

– Не означает ли всё происходящее сейчас в городе, что полгода протестов оказались напрасными, люди не смогли ничего добиться?

– Задаю этот вопрос каждому, до кого могу дотянуться. И все (я сейчас передаю слова не журналистов, а непосредственных участников митингов и шествий) одинаково отвечают: "Ни в коем случае не зря!" Протестные настроения никуда не пропали, они трансформировались в общественную, гражданскую и политическую активность. В Хабаровске появилось несколько общественных организаций, созданных обычными людьми – одни помогают задержанным: звонят, выясняют, что нужно и кого из родных предупредить, есть ли адвокат, дают сразу экспресс-советы, как вести себя при задержаниях (несмотря на массовые задержания, юридическая грамотность у большинства близка к нулю), другие – собирают на штрафы, третьи – пробивают решение проблем на местных уровнях.

К примеру, до недавних пор никто особо и не был в курсе того, что на ВЭФ-2019 (Восточный экономический форум) российские власти хлопнули по рукам с китайской компанией и решили строить завод по производству метилового спирта под поселком Аян. А у жителей, представителей малых народов айнов, которые вообще-то против вредного производства у себя под боком, даже не подумали спросить разрешения. Активисты поддержали жителей, бомбили суды, прокуратуру исками, писали СМИ – в итоге сейчас там запланированы общественные слушания по проекту.

Еще одно объединение активно работает по теме дела Сергея Фургала – его никто не бросил, за его судьбой следят, беспрестанно направляют ходатайства, запросы, а из последнего – сделали сбор и наняли экс-губернатору нового адвоката, который хорошо себя показал в защите предыдущего губернатора края Виктора Ишаева, осужденного условно за поддержку Фургала на выборах (Ишаева обвинили в мошенничестве. –​ Прим. СР).

Или вот политическая плоскость: помимо масштабных выборов в сентябре этого года, в Хабаровском крае весной пройдет серия мелких муниципальных выборов. К ним здесь уже сейчас огромный интерес – там не только очень много кандидатов-самовыдвиженцев (что, по моему мнению, не всегда является признаком настоящей конкурентности выборов), но я наблюдаю интерес обычных жителей в местных группах в соцсетях и мессенджерах. Там, где, грубо говоря, всегда обсуждали цены на бензин или транспортный налог, сейчас с таким же пылом обсуждают, к примеру, довыборы в думу края по Советско-Гаванскому округу.

Слова Бияк о трансформации протеста подтверждает Хлестунова:

– Создаются профсоюзы, общественные организации по профессиональному признаку – альянсы врачей, учителей. Люди просто понимают, что поодиночке они проблемы в своей отрасли, отдельной школе или больнице не решат, а вместе – могут. Вот это осознание, что мы здесь, в Хабаровске, сами можем что-то решать, чего-то добиваться – оно прямо физически ощущается.

Мне кажется, это осознание нашей способности что-то решать даже передалось в другие регионы, поэтому так много участников январских протестов в поддержку Навального и других политзаключенных было по всей стране. Оттого, что люди увидели – можно выходить и бороться за свои права, убеждения, как это делает Хабаровск.

  • Андрея Винарского регулярно задерживали за участие в митингах против ареста экс-губернатора Хабаровского края Сергея Фургала. Священника несколько раз штрафовали и отправляли под арест.
  • Губернатора Хабаровского края Сергея Фургала задержали в июле 2020-го по обвинению в организации убийств предпринимателей 15-летней давности. Бывший глава региона, находящийся под арестом до 8 июня 2021-го, отрицает обвинения.
  • После ареста Фургала в Хабаровске и других городах России в течение полугода проходили массовые акции с требованием провести судебное заседание по делу экс-губернатора в регионе, а не в Москве.

XS
SM
MD
LG