Ссылки для упрощенного доступа

"Мы пошли внаглую до Путина"


Разговор президента России Владимира Путина с жителями Тулуна

В понедельник, 2 сентября, президент России Владимир Путин в третий раз с момента масштабного наводнения в Приангарье посетил Тулун, один из наиболее пострадавших городов региона. Некоторым многодетным семьям из зоны наводнения удалось встретиться с президентом.

Согласно официальной публикации на kremlin.ru, Путин прилетел в Иркутскую область "ознакомиться с ходом восстановительных работ после разрушительных паводков". На встречу с президентом собрались в основном многодетные семьи, проблемы которых чиновники обещали решить еще в предыдущий визит главы государства.

Алёна Дуденкова с мужем и родителями
Алёна Дуденкова с мужем и родителями

– Сейчас, слава богу, всё решилось. "Пробившимся к президенту" раньше всех выдали сертификаты на жильё, – рассказывает одна из пострадавших от наводнения Алёна Дуденкова. – Мы даже успели купить на сертификат дом в Хомутово (посёлок возле Иркутска. –​ Прим. С.Р.). Да, пришлось уехать из Тулуна, потому что там, во-первых, жилья на продажу почти нет, во-вторых, цены на него выросли в 2–3 раза, а в-третьих, там сейчас и с работой проблемы, и с экологией – боимся инфекций для новорождённого. А вот ещё полмесяца назад я была просто в страхе – мне рожать со дня на день: жилья нет, с сертификатом непонятно, дадут – не дадут, на муже двое других детей остаётся, а нам даже выплаты по 10 тысяч рублей не перевели – бегали по судам и разным ведомствам.

По мнению Алёны, не факт, что они бы въехали с новорождённым в новый дом, если бы не её решимость пробиться к президенту любыми способами во время его второго визита в Тулун.

В общем, она уже пожалела, что дом купила в Тулуне, а не как мы – в другом посёлке. Потому что бывшие соседи ей в открытую смерти желают! Она-то в чём виновата?

– Мы узнали, что многодетные, прорвавшиеся к нему в середине августа, получили сертификаты в тот же день. Пошли тут же в мэрию, внаглую, можно сказать, лишь бы до Путина достучаться. Там стоят эти счастливчики, глаза в пол. Спрашиваем: "Чего стоите? За чем очередь?" Молчат. Мы решили стоять к мэру до последнего – я на сносях, муж с детьми. Местные чиновники нас и так, и эдак разворачивали. Мы держались. Наконец кто-то из федеральных говорит: "Ну, не просто так люди пришли и стоят под дверью, впустите, пусть расскажут, что за проблема". Выслушали, записали, обещали разобраться, почему выплат нет до сих пор, хотя дом, в котором вся семья жила, затонул по самую крышу. В итоге обещание сдержали – сертификат мы получили одними из первых, – говорит Дуденкова.

Однако у "счастливчиков", получивших сертификаты раньше всех, теперь испортились отношения с соседями.

– Одна из многодетных матерей Тулуна уже жалеет, что купила дом для себя и своих пятерых детей в родном городе – бывшие соседи не стесняются высказывать в лицо своё недовольство. Получается, из соседей, таких же затонувших, пока никто сертификат не получил. Живут либо в пунктах временного размещения, либо на головах у родственников или друзей. А тут она, такая везучая. В общем, женщина уже пожалела, что дом купила в Тулуне, а не как мы – в другом посёлке. Потому что бывшие соседи ей в открытую смерти желают! Она-то в чём виновата? В том, что власти поставили её в такое положение избранных? Ей тоже тяжко пришлось – пять детей, не шутки, – говорит Дуденкова.

На последней встрече с президентом представители федеральных структур обвинили местных чиновников в том, что жители до сих пор не получили все положенные выплаты и жилищные сертификаты.

– Прямым текстом сказали: мол, нам ваши чиновники не подготовили списки сразу – вот здесь инвалиды, тут пенсионеры, здесь многодетные. Поэтому пострадавшие с опозданием получают выплаты или сертификаты, – сообщил корреспонденту издания "Сибирь.Реалии" на условиях анонимности один из участников президентской встречи. По словам всех опрошенных участников этого разговора, стенограмму которого сайт правительства приводит только частично, Путин лично пообещал решить все проблемы пострадавших от наводнения людей, но не уточнил, в какие сроки – месяц, полгода, год.

Жители Тулуна на встрече с президентом России
Жители Тулуна на встрече с президентом России

"Умерла не в воде – значит, не жертва наводнения"

С некоторыми жителями Тулуна российский президент общался прямо на улице. Люди жаловались, что местные власти отказываются признавать потерпевшими жильцов верхних этажей затопленных многоквартирных домов, где под воду ушли два первых этажа. Хотя сырость и плесень – во всех квартирах без исключения, а из некоторых мародёры на лодках вывезли ценные вещи.

– У меня мама умерла сразу после второй волны наводнения, – рассказывает Оксана Смирнова. – Сердце не выдержало: они с отчимом и так наскакались по третьему этажу многоквартирника, который затопило, спасали своё и соседское имущество от мародёров. А тут чиновники объявили о том, что жильцам верхних этажей, куда вода не дошла, и не положено никаких компенсаций. Тут-то её и прихватило. Жертвой ЧС её, конечно, не признали – мол, не в воде же утонула. Отчим до сих пор даже 10 тысяч рублей положенных всем проживающим в Тулуне не получил. Да, в суде он был, ещё с мамой, – судья признал факт проживания в затопленном доме, но денег так и нет.

Сама Оксана с сыном тоже пытается через суд доказать право на компенсации и сертификат.

– Проблема в том, что жили мы в одном затопленном доме, а прописаны в другом, у родственников мужа, с которым я развожусь сейчас. Его родственники в итоге нам не помогают. Но почему это влияет на компенсации, общие для каждого жителя зоны наводнения? – говорит Оксана. – Сейчас мне регулярно звонят работники отдела соцзащиты администрации Тулуна с вопросами, почему я с сыном продолжаю жить в пункте временного размещения. Названивают с наездом: "А почему вы не получили сертификат до сих пор? Зачем занимаете комнату в пункте?" Пытаюсь вежливо объяснять, что у нас суды, приходится доказывать, что жила я не по месту прописки, а вот в таком-то доме, бывшие родственники этот процесс задерживают. А они опять за своё: "Поторопитесь! Вы же не можете вечно в общежитии училища проживать!" Как будто я здесь от хорошей жизни остаюсь!

Дом Олеси Лыткиной в деревне Мураши после второй волны наводнения
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:00:10 0:00

Дом Олеси Лыткиной в деревне Мураши после второй волны наводнения

С Путиным Оксане и её сыну ни в один из трёх президентских приездов встретиться не удалось, но несколько раз Смирновы рассказывали о своей проблеме губернатору Иркутской области Сергею Левченко.

– Ну, выслушает, подумает, скажет: "Решим", а в другой раз: "Решаем". Уже почти месяц прошёл, а дело не сдвинулось. В пункте размещения народу поубавилось, но совсем немного, и половина не съехала. Ведь не всем из тех, кто выбил сертификаты на жильё, удалось купить дом или квартиру, – говорит Смирнова.

По словам жителей Тулуна, стоимость небольшого дома в городе выросла с 700–800 тысяч рублей до 1,5–2 млн рублей. В итоге жильё сейчас здесь стоит дороже, чем в пригородах Иркутска.

– 700 тысяч – это дом без удобств, с печным отоплением и водой из колонки. Ещё попробуй найди его в продаже. Мы бы по таким ценам не потянули дом в Тулуне в 120 квадратов, который удалось купить в посёлке под Иркутском, – уверена Алёна Дуденкова. – Хотя здесь и водоснабжение централизованное, и канализация.

"Выдали быстренько перед приездом Путина"

Жители деревни Мураши из Тулунского района Приангарья тоже говорят, что приезд Путина немного ускорил работу чиновников – многим из пострадавших быстро выдали жилищные сертификаты накануне приезда президента, хотя перед этим чиновники долго разбирались с теми, кто после второй волны наводнения требовал вместо капитального ремонта дома бумаги на покупку нового жилья.

– Мы после первой-то волны были настроены оставаться в Мурашах, но потом пришли в дом – а вода-то на этот раз простояла не пару часов, как раньше, а несколько дней. Все углы размыло, дом поехал. И мы уже не рискнули на этом месте оставаться, жить и бояться нового потопа. Решили переезжать в Иркутск. Обратились в сельсовет, там нас долго мурыжили, но накануне Путина, как по маслу – вмиг выдали сертификат. И все недостающие деньги тоже сразу перечислили. Видимо, подействовало то, что мы в прошлый раз активно жаловались и в СМИ, и в прокуратуру, – делится Вера Кузнецова.

Но не всем жителям Мурашей помогли жалобы. Олеся Лыткина, из-за первой волны наводнения попавшая в роддом с преждевременными родами, после второго затопления попросила власти вместо ремонта выдать ей сертификат – сейчас её семья из двух взрослых и шести детей судится за новое жильё.

Дом Олеси Лыткиной в деревне Мураши после второй волны наводнения
Дом Олеси Лыткиной в деревне Мураши после второй волны наводнения

– Я вернулась после кесарева с новорождённым, старшие – по родственникам, то у тёток поживут, то у бабушки. Мы с мужем пытались что-то отремонтировать, но второе наводнение все перечеркнуло. Дом затопило уже конкретно, но с больницами, эвакуацией и так далее мы не успели вовремя обратиться в сельсовет, чтобы нам вместо ремонта сертификат выдали. Оказывается, я после операции должна была сама заявить местным чиновникам, мол, сходите, проведите оценку дома второй раз. Когда я просила выделить нам временное жильё, знаете, что председатель сделал? Показал на сараюшку на окраине и сказал: "Лучше не найти пока. Если не нравится, ищи сама". Ну, пошла по деревне, нашла домик одной старушки, которая недавно скончалась в больнице, пока живём в нём. Её дочь даже аренду с нас не берёт. Но зиму там не провести – говорят, у старушки по пять машин дров уходило на то, чтобы его протопить, – рассказывает Лыткина.

Трое старших детей Олеси Лыткиной из затопленной деревни Мураши Тулунского района
Трое старших детей Олеси Лыткиной из затопленной деревни Мураши Тулунского района


Когда стало ясно, что у местных чиновников многодетная семья сертификат на жилье не получит, Олеся обратилась к московским прокурорам, на время ЧС приехавшим в Тулунский район.

– Приехала туда, Чайка там принимал, москвичи посмотрели на документы по дому – 1969 год постройки, говорят: "Уже повод для признания его аварийным, присылайте фото в тулунскую прокуратуру, выдадут вам сертификат обязательно". Тулунские фото посмотрели и руками развели – поздно, надо через суд. То есть ещё непонятно, дадут или нет. Ждём, – объясняет Лыткина.

По её словам, помимо сертификата, некоторые члены семьи не получили даже самых первых компенсационных выплат.

– Муж, Василий Цветков, не получил ни 10, ни 100 тысяч. Сейчас судится по этому поводу. Мой двухлетний сын Артём Лыткин – его вообще ни в каких списках нет, как будто ребёнка не существует. Тоже судиться надо. Когда записывали новорождённого, с мужем расписались, и теперь мне паспорт надо менять. А ещё говорят, мне положена компенсация за ущерб здоровью из-за ЧС, так как из-за наводнения ребёнок родился раньше срока. Как и в какую очередь что делать – все разное советуют. Где взять на это время и силы с месячным ребёнком на руках? А глава Сафронов и другие чиновники вместо реальной помощи: "Быстрее! Что вы тянете? Вы уже везде опоздали!" – жалуется Олеся.

По словам соседей Лыткиных, чиновники сейчас упрекают многодетную семью в том, что Олеся обратилась в столичную прокуратуру, и в итоге "попало сельсовету, который и так вам сильно помог".

– Мне вот интересно, а чем они так помогли этой семье? Коляску, игрушки, продукты, которые они передали, – всё это они просто какое-то время хранили у себя, пока Олеся с мужем сами не нашли временное пристанище себе и детям. А на самом деле это всё другие люди присылали. Это Россия помогла им, а не чиновники! Они даже не соизволили отправить к ним комиссию на оценку дома после второй волны наводнения – "по закону собственник должен сам письменно заявить в администрацию". И ничего, что собственник на операции? Она даже из роддома им звонила, предупреждала, где находится и почему не может вернуться, – негодует Вера Кузнецова.

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG