Ссылки для упрощенного доступа

"Президент устранился от исполнения своих обязанностей"


28 мая Конституционный суд РФ рассмотрит жалобу жителя Иркутска Валерия Тетерина на "закон о митингах". Поводом стали отказы мэрии в проведении мероприятий, среди заявителей которых был Валерий Тетерин. Ему, в частности, не разрешили провести большую протестную акцию 7 октября в день рождения Владимира Путина. Президента пришлось "поздравлять" одиночными пикетами.

Гражданский активист и правозащитник Валерий Тетерин – инвалид второй группы. Ему 26 лет, по образованию юрист. Общественной деятельностью начал заниматься 8 лет назад: сначала участвовал в митингах, пикетах, потом стал сам организовывать протестные акции. Ни в каких партиях не состоит. Был участником "Российского общенародного союза", но в прошлом году вышел из этой организации.

На днях Валерий едет в Москву, чтобы лично присутствовать на заседании Конституционного суда, где будут рассматривать его иск. Иск к закону, благодаря которому по всей стране вот уже два года штрафами и заключением под стражу массово наказывают оппозиционеров и гражданских активистов.

Валерий Тетерин
Валерий Тетерин

– Валерий, как вы дошли до Конституционного суда?

– Пытаясь согласовать очередной митинг, мы обратились с уведомлением в мэрию. И указали, что общественный порядок и организация медицинской помощи во время митинга на площади около памятника Александру III будут нами обеспечены: мы заранее сообщим участникам митинга телефоны, по которым можно обратиться в полицию и в скорую помощь. Однако 9 сентября администрация ответила, что поданное уведомление не соответствует закону, "так как в нем отсутствуют сведения о методах, которые будут использоваться нами для поддержания общественного порядка". Хотя мы указали эти методы. К сожалению, в федеральном законе о митингах существует большой пробел: он требует в уведомлении о митингах указать, какие меры безопасности мы обеспечиваем, и возлагает на организаторов ответственность за это, но не объясняет, что именно мы должны сделать для безопасности мероприятия, что считается обеспечением безопасности, а что нет. И стало быть, трактовать наши уведомления о митингах можно как угодно. И отклонять их произвольно.

Администрация применяет такое известное изречение Франка: "Друзьям – всё, врагам – закон"

Перед Днём Конституции, перед Днём прав человека мы тоже подали уведомление о проведении демонстрации и попытались изменить формулировку о формах и методах обеспечения общественного порядка. Результат рассмотрения уведомления был такой же. В то же время "Молодой гвардии" администрация согласовывает пикеты по десяткам площадок, но при этом никаких особых форм и методов обеспечения митингующими порядка и безопасности в их уведомлениях не указывается. Администрация применяет такое известное правило: "Друзьям – всё, врагам – закон".

– Вы обращались в суды первой и второй инстанций?

– Обращались и проиграли. Невозможно добиться в судах Иркутской области логичного ответа на вопрос "а почему происходит так?", что считается обеспечением безопасности, а что – нет. Администрация не приводит никаких доказательств и обоснований. И суды становятся на позицию властей. С моей точки зрения, это противоречит Конституции и разрушает само понятие о правовом государстве.

Процедура согласования публичных мероприятий деформирована в Иркутске донельзя. Если раньше организаторов приглашали на комиссию, где сидели представители полиции, ФСБ, каких-то других органов и служб, и вопросы можно было решить в прямом контакте с ними, то сейчас тебе просто дают ответ. И ты понимаешь – этот ответ подойдёт к любому поданному тобой уведомлению.

– Иркутскую область возглавляет коммунист. Почему он, представитель, казалось бы, оппозиционной партии, не содействует в согласовании акций протеста?

– У губернатора нет полномочий в этой части. И федеральный, и областной законы о порядке рассмотрения уведомлений говорят, что уведомление о проведении публичного мероприятия подаётся в орган местного самоуправления на той территории, где планируется его проводить. А поскольку все муниципальные образования, мэры не находятся в прямом подчинении у губернатора, он не может влиять. Насколько я знаю, даже КПРФ далеко не всегда мероприятия согласовывали.

– Акции по каким темам и проблемам вам не согласовали в последнее время?

– Например, 9 сентября мы хотели говорить, прежде всего, о проблемах избирательного законодательства. В прошлом году были выборы в Законодательное собрание Иркутской области. И действующие законы ставят довольно серьезные препятствия гражданам, которые хотят участвовать в выборах, но не принадлежат парламентским партиям. Мы хотели рассказать о том, что закон о выборах депутатов требует собрать три тысячи подписей избирателей для выдвижения кандидата. И в итоге у нас ни один самовыдвиженец, представитель непарламентской партии не дошел до этапа голосования.

– 7 октября, в день рождения Владимира Путина, вы хотели по-особому поздравить его?

– Накануне был подписан закон о повышении пенсионного возраста. И 7 октября хотелось потребовать смены того социально-экономического, политического курса, который проводится Россией. Потребовать смены тех действующих лиц, которые стоят во главе государства уже два десятка лет. Сначала мы подали уведомление на проведение демонстрации. Потом попытались подать уведомление на проведение массового пикета. Но поскольку оба уведомления администрация отказалась рассматривать, в итоге пришлось проводить акцию в формате одиночных пикетов.

Вся его энергия уходит на сугубо пиарные акции: хоккейные матчи, бесконечные парады, универсиады и так далее. В этом претензии к президенту

– Какие именно у вас претензии к Путину?

– Возьмем прошлый год. Был повышен пенсионный возраст, у людей украли пять лет, пенсионные накопления за пять лет, которые они получали бы, не будь таких изменений в законе. Кроме того, бесконечно повышаются НДС, коммунальные тарифы, даже ФАС заявила, что коммунальные тарифы в России завышены в два раза. При этом президент, гарант Конституции, прав и свобод, никаких мер не предпринял. Президент у нас устранился от исполнения своих обязанностей. Вся его энергия уходит на пиар: хоккейные матчи, бесконечные парады, универсиады и так далее. Правительство у нас в стране не действует самостоятельно, оно подчинено полностью президенту. Он в любой момент может отправить его в отставку или дать ему обязательные для исполнения поручения. А поскольку правительство делает шаги, направленные не на улучшение жизни людей, а во многом на ее ухудшение, то можно сказать, что это политика и президента такая. И он несёт полную ответственность за это.

– 11 мая вы провели митинг "За смену политических элит, социально-экономического курса и соблюдение Конституции РФ". Это была первая за долгое время протестная акция, которую мэрия вам согласовала. Как вы думаете, почему?

– Здесь было несколько факторов. Мы получили согласование только 8 мая, несмотря на то что оно было датировано 6-м числом. А с 9 мая были выходные и было сложно оповестить людей, многие разъехались на дачи, на отдых, на шашлыки. И второй фактор: скорее всего, Конституционный суд по моей жалобе направлял запросы, в том числе и в Иркутск, на место событий. Зная, что такая жалоба находится на изучении Конституционного суда, наша администрация, наверное, решила подстраховаться, мол, не всегда же мы им запрещаем.

Митинг 11 мая 2019 года в Иркутске
Митинг 11 мая 2019 года в Иркутске

– Один из пунктов резолюции этого митинга – отставка президента и правительства России.

– Да, мы выступаем за их отставку. Эти люди очень давно находятся у власти, и надеяться, что вдруг они осознают, что все эти годы они шли ошибочным курсом и исправятся... Я в такие чудеса, честно говоря, не верю. Тем более что с каждым годом становится все хуже: новые платежи, налоги, абсолютно бездумные инициативы поддерживаются, вроде закона о фейковых новостях, об ответственности за неуважение к власти. Ситуация даже усугубилась по сравнению с предшествующими периодами. Правительство не воспринимает народ как людей, для которых надо работать, а воспринимает как своего рода новую нефть, ресурс для решения своих задач по обогащению приближенных компаний и корпораций. А раз надежд на изменение нет, тогда только отставка.

– Были сомнения, что Конституционный суд примет к рассмотрению вашу жалобу?

– Да, такие сомнения, конечно, существовали, потому что крайне мало жалоб принимается к рассмотрению. Попасть в число тех, чьи жалобы принята к рассмотрению, достаточно сложно.

– В чем суть вашей жалобы?

– Мы хотим, чтобы суд признал не соответствующими Конституции Российской Федерации определенные положения закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", о которых я уже сказал. Эти положения соответствуют поговорке "Закон что дышло, куда повернул, туда и вышло". А Конституция все-таки у нас предусматривает, что должна существовать определенность.

– Почему вы не просите признать весь закон о митингах антиконституционным, а говорите только о конкретных пунктах?

– Конституционный суд проверяет по жалобе гражданина только те положения закона, на которые опирались местные суды при вынесении решения по его иску. Поэтому важно точно определить предмет обращения. Весь закон нельзя полностью признать неконституционным по жалобе гражданина, так как полностью он к нему не применялся.

– Как признание этих пунктов противоречащими Конституции РФ поможет вам? Как это упростит процесс согласования?

– Я думаю, исчезнет столь удобное, резиновое основание для властей не согласовывать митинги в городе. Если признать эти пункты неконституционным, с плеч организаторов снимут функцию, которая вообще не должна возлагаться на них: обеспечение общественного порядка. Этим должны заниматься люди и организации, которые специально этому обучены: полиции, ФСБ, МЧС отчасти.

– Формально вы не можете опротестовать весь закон, но если могли бы?

– Я думаю, что закон такой должен существовать, чтобы упорядочивать отношения в этой сфере, но он должен быть четким и ясным. Предусматривать более оперативное согласование акций. Чаще всего какое-то мероприятие, собрание, митинг являются реакцией на произошедшее событие. Событие произошло, у людей эмоциональный подъем, всплеск, а процедура согласования акции слишком забюрократизирована. Например, в странах Западной Европы, в той же Германии, достаточно за несколько часов до мероприятия уведомить полицию. Должна быть возможность проведения спонтанных акций, как реакция на какие-то актуальные политические события. Пока ты 15 дней согласовываешь акцию, острая реакция на событие уже прошла. Наверное, этого власти и добиваются. Мы должны вернуться к изначальной сути того порядка, который у нас провозглашен в законе: уведомительный порядок.

– Закон предусматривает возможность отказа в проведении акции в выбранном месте, чем власти пользуются постоянно, предлагая площадки на окраинах и пустырях. Так зачем же нужен такой закон?

– Закон необходим не в том смысле, чтобы он использовался для отказа, а для того чтобы упорядочить отношения в этом вопросе. По этому поводу есть даже разъяснения Конституционного суда, что должны давать не пустыри, а те места, которые соответствуют уровню и значению предполагаемого мероприятия. Искривление закона идет на практике, в применении на местах. Должен быть какой-то акт, который регулирует порядок отношений в этой сфере. Если его не будет, то будет еще больше конфликтов, эксцессов, инцидентов. Но применяться он должен в соответствие с Конституцией.

Пенсии моей, может быть, и хватит на билет в одну сторону, но тогда на жизнь в течение месяца вообще ничего не останется

– Когда вы отправляетесь на заседание суда?

– Я узнал о принятии моей жалобы 15 мая, а рассмотрение будет уже 28-го. Сейчас главное для меня – найти финансовую возможности добраться до Санкт-Петербурга, где находится Конституционный суд, чтобы принять участие в заседании.

– Сколько нужно денег? Вам эта поездка не по карману?

– Поездка обойдется примерно в сорок тысяч рублей: авиабилеты, проживание, передвижения по городу и питание. Сложность состоит в том, что я являюсь, к сожалению, инвалидом второй группы и таких денег у меня нет. Пенсии моей, может быть, и хватит на билет в одну сторону, но тогда на жизнь в течение месяца вообще ничего не останется.

Власть опасается, что наше разобщенное общество сплотится

– На что надеетесь?

– Сейчас надежда, прежде всего, на солидарность неравнодушных граждан, которые также заинтересованы, чтобы в России хотя бы постепенно восстанавливалась справедливость и какой-то правовой порядок. Надежда на поддержку жителей не только Иркутска, но и других городов, которые, возможно, также сталкиваются с этими проблемами при проведении своих акций протеста, но они не дошли до Конституционного суда в силу тех или иных причин. А сейчас у нас есть возможность рассказать о существующих проблемах там. И я думаю, что это поможет не только Иркутску, но и другим городам, в которых проходят протестные акции.

– Почему все-таки власти, на ваш взгляд, так опасается этих протестных митингов. Чего именно они боятся?

– Опасаются, прежде всего, того, что люди свое недовольство, свои претензии перенесут с кухонь, из соцсетей на площади, в скверы, на публичные площадки и поймут, что они не одни недовольны, а таких недовольных много. Власть опасается, что лишённые возможности какой-то коммуникации друг с другом люди сплотятся. Власть боится того, что люди, почувствовав, что они не одни, начнут отстаивать свои права. Как это происходит в других странах. А когда люди выходят все вместе, они чувствуют свою силу, чувствуют плечо другого человека, они не позволят собой манипулировать.

– Вы верите в непредвзятость Конституционного суда? Каковы, на ваш взгляд, шансы на победу?

– Да, верю. В состав Конституционного суда входят наиболее грамотные и подготовленные юристы. Мы все наблюдали, что 1 мая в десятке городов согласованные публичные мероприятия разгонялись силой, били демонстрантов, задерживали, штрафовали. И Конституционный суд находится не в вакууме. Ведь нам раз за разом Европейский суд говорит, что в России правила проведения публичных мероприятий слишком жёсткие для заявителей, нам указывают на нарушение международных прав. Я думаю, что такая ситуация не может устраивать судей Конституционного суда, и поэтому я верю в успех. Я в этом плане оптимист.

– В том случае если КС примет решение не в вашу пользу, будете обращаться в ЕСПЧ?

– Да, я рассматриваю такую возможность: ЕСПЧ, Комитет ООН по правам человека.

External Widget cannot be rendered.

XS
SM
MD
LG